— А ты что тут забыл? — спросил я, окинув взглядом пустой коридор за его спиной.

Он помедлил, потом вздохнул и чуть отвёл взгляд.

— Мне… сделали предложение. Сказали, что если я отступлю за шаг до победы, то моя команда будет ждать меня у выхода — живыми, целыми, без единой царапины.

— И ты поверил? — я скептически поднял бровь.

— В этой ловушке всё может быть ложью… но если хотя бы крошка правды там есть — я не мог рисковать.

Он посмотрел прямо в глаза, и в его взгляде не было сожаления, только усталость. — Я выбрал жизнь моих людей. Наука подождёт.

Я кивнул. Сказать, что он поступил правильно или глупо, у меня язык не повернулся. В таких местах мораль превращается в набор случайных решений.

— Ладно, — сказал я, проходя мимо. — Увидимся на выходе. Если выберемся.

— Если, — тихо повторил он и остался стоять, глядя куда-то в темноту.

…Ловушки молчали, коридоры тянулись всё теми же каменными извивами, но тишина только усиливала напряжение. Я шёл один — остальные участники, кажется, ушли вперёд или свернули на свои тропы.

За очередным поворотом, в полутени у стены, я заметил знакомый силуэт. Мастер Тени стоял, прислонившись к камню, будто ждал кого-то.

— Передышка? — спросил я, останавливаясь.

— Передышка, — кивнул он. Мы отошли в сторону, нашли небольшую нишу, где пол был ровный, а стены казались чуть теплее, чем обычно. Сели, каждый в своих мыслях.

Мастер первым нарушил молчание:

— Возможно, это наша последняя встреча, когда мы ещё не враги. Скоро придётся… окончательно вернуться в гильдию убийц.

— Что остановило тебя на финальном этапе? — спросил я после короткой паузы.

— Мне предложили убить самого себя. Пусть это и была тень… но я не стал. — Он говорил спокойно, но в глазах мелькнула усталость.

Я кивнул. В лабиринте каждый выбор что-то забирал.

Достав из кольца плод прорыва, я подкинул его в ладони. Золотая кожура блеснула в тусклом свете.

— Мне он не нужен, — сказал я и протянул фрукт.

— Я не добыл его. Значит, не достоин, — покачал он головой.

— Здесь единственный, кто вёл себя достойно, — это ты, — ответил я.

Он посмотрел на плод, потом тихо вздохнул:

— Если доживу до момента, когда смогу его использовать… приму.

Я вложил фрукт ему в ладонь.

Коридор вывел меня в знакомый зал. Здесь всё ещё пахло гарью и чем-то металлическим — словно кровь впиталась в камень. Именно тут кукловод дёргал за нити энергетических паразитов, а потом сумасшедшего старика разорвало на куски.

Но теперь посреди комнаты стоял кто-то другой. Высокий, в длинном тёмном плаще, с гладкой маской без единой черты. Голос под маской был сухой, почти насмешливый: