- Господи, где ты находишь эти сведения?

- Синьор, который увёз своих дочерей из этих мест, оставил прекрасную библиотеку. Он будто специально собирал её для нас. Эта болезнь поражает у человека самые интересные места, Рашель. Как у женщин, так и у мужчин. Об этом говорила на берегу в Нормандии ещё матушка Фабьенн.

- Я знаю, не продолжай. Эта зараза хуже оспы, и она неизлечима.

Не хотелось думать о таком исходе наших с Клэр судеб. Мужчины всегда пользовались услугами женщин древнейшей профессии, тем более в дальних поездках. Они по природе своей таковы. В душе не было ревности. Наверное, я просто «переболела» и бронь покрыла тот орган, который отвечал во мне за чувства.

Их огонёк тлел на самом дне «бездонного колодца». Тлел, желая возродиться.

Настороженность последних недель и неверие, пропажа перстня моего деда, всё это в совокупности сыграло очень большую роль.

Ирония к тому же заключалась в том, что поход в Неаполитанское королевство за территориями, король Карл VIII благородно и совсем по-рыцарски посвящал своей возлюбленной Анне Бретонской. А в итоге он не привёз домой ничего кроме сифилиса, наградив им свою возлюбленную. Их многочисленные дети умирали во младенчестве, и это явно свидетельствовало о том, что болезнь была не долечена. И болели ею, вероятно оба родителя.

«- и топора не надо, подложить шлюху, дел-то всего, а затем вернуть неверного супруга жене» …

Положила руку на складки пышного платья, которые в будущем будут скрывать моё деликатное положение. Ещё ничего не было видно. Срок слишком маленький, но повитуха, приглашённая герцогом де Антрага’ подтвердила диагноз. Супруг расспрашивал наших придворных дам и камеристку о моих последних женских днях, о самочувствии в целом. Задавал вопросы Клэр. Просил заботиться о госпоже герцогини, и глаз с неё не спускать.

Но с отъездом в Турин герцог так решения и не принимал. Что-то удерживало его в стенах неприступной крепости. Почти уже, как неделю она была заперта на все возможные замки, потому как слухи действительно подтвердились: - военные суда французского флота застыли на рейде в Генуе.

А лекарка-травница, найденная в лесах Пьемонта, долго смотрела мне в глаза, шепча молитву. Её рекомендовали супругу в соседнем городке, тихо рассказывая, о том, что это женщина ведающая, и что она по светлому видит будущее и может предсказать, как избежать тот рок, который судьба уготовила.

«- Не ведьма, нет, ваша светлость. Молитвами лечит, у монахинь жила долгое время, не делает дурного. Она сама приходит в те места, где нужна её помощь; вот и роды приняла совсем у юной супруги графа из Богемии. А роженице было всего четырнадцать лет».