Санитары, братья милосердия и носильщики: Эвакуация раненых с сопок Маньчжурии, переноска тяжелых носилок по колено в грязи, погрузка в поезда и установка палаток требовали большой физической силы. Эту работу выполняли мужчины -добровольцы, наемные рабочие или прикомандированные солдаты. Женщинам-сиделкам таскать на себе взрослых солдат в полной амуниции было физически не под силу.
Инженеры и техники: РОКК отвечало за дезинфекционные камеры, паровые котлы, рентгеновские аппараты и полевые кухни. Обслуживанием всей этой сложной техники занимались исключительно инженеры-мужчины.
Роль сестер милосердия
Сестры милосердия (Общины Святого Георгия, Иверской общины и др.) выполняли важнейшую, но строго очерченную функцию. Они ассистировали хирургам при операциях, занимались перевязками, раздачей лекарств, кормлением тяжелораненых и поддержанием чистоты в палатах. Их присутствие имело огромный психотерапевтический эффект для солдат, однако юридически и фактически они находились в строгом подчинении у старших врачей-мужчин.
Конфликт систем
Красный Крест на Дальнем Востоке постоянно находился в состоянии ведомственной войны с кадровыми армейскими медиками.
Врачи РОКК часто были лучше экипированы, имели доступ к новейшим медикаментам и не были так скованы военной субординацией. Летучие отряды РОКК, состоявшие из энергичных молодых докторов, инженеров и студентов, нередко прорывались на самые опасные участки фронта (вроде Мукдена или Ляояна), действуя смелее и оперативнее неповоротливой армейской санитарной машины.
* * *
Глава 2
Дверь затворилась за мной без стука.
Ну вот. Доигрался. Письмо принца, вензель с короной на сургуче, подпись члена императорского дома. А уперлось все в бумажку, которой нет и взять негде. Свидетельство о четырех курсах. Не было его и не будет. И советник ведь кругом прав, вот что досаднее всего. По букве не подкопаешься. Сам бы на его месте уперся не хуже. Хотя нет. Не уперся бы. Но ладно. Что теперь.
До Тверской доехал быстро. В лечебнице поднялся прямо в ординаторскую и пальто снимать не стал.
Беликов перекладывал какие-то бумажки, Веденский писал рядом, низко склонившись над листом. Лебедев привалился к подоконнику с незажжённой папиросой, Кулагин грел ладони о чашку давно остывшего чая. Все четверо обернулись разом.
— Ну? — Беликов отложил перо. — Оформили?
— Нет.
— Как так нет? У вас же письмо.
— Письмо есть. Диплома нет.
Я сел на стул и коротко рассказал о том, что случилось. Зауряд-врача жалуют единственно тем, кто отучился минимум четыре курса, так записано в Положении с девяносто первого года. Советнику подавай свидетельство университета. Нет свидетельства, нет назначения. Письмо принца он прочитал, внимательно прочитал, развел руками и убрал в ящик стола.