Глядел он на меня, и в лице у него мешалось всё разом, и недоверие, и испуг, и что-то еще.

Я тем временем уже писал рецепт, примостив листок на оконном столике. Хлороформ с красавкой я отбросил сразу. Толку немного. Нужна простая растирка: метилсалицилат, камфора, ментол и спирт.

Rp. Methylii salicylatis 5,0

Camphorae 2,0

Mentholi 1,0

Spiritus vini 70% ad 50,0

Misce. Da. Signa. Наружное. Втирать в поясницу на ночь, потом прикрыть шерстью. На ссадины не наносить, к печке и лампе со склянкой не лезть.

Состав простой, аптекарь в Чите или в Харбине соберёт без труда.

— Вот, — я протянул ему листок. — Втирать в поясницу на ночь и обвязывать чем-нибудь шерстяным. Опий ваш выбросьте, от него дурь, а не лечение. Спину держите в тепле, особенно на стоянках, когда из вагона на мороз выходите. Поднимать тяжёлое нагибаясь нельзя, приседайте на корточки и спину держите прямо. Долго не сидите, лучше походить. Прихватит снова, найдите врача, пусть повторит укол, если врач хороший, то сможет, я на бумаге распишу, куда и как глубоко. Но, думаю, теперь нескоро прихватит.

Он взял рецепт, сложил вдвое и сунул бережно в карман. Постоял.

— А насчет мадемуазели, — я кивнул на лежащий на диване «Кодак», — вы бы поглядели сперва на её аппарат. Позвольте.

Ротмистр явно догадался, о чем я говорю, но сопротивляться не стал.

Я взял «Кодак», повертел и большим пальцем поддел защёлку на задней крышке. Она откинулась с лёгким щелчком. Внутри лежала катушка, и я развернул её к свету не торопясь, чтоб он видел.

— Вот, извольте. Крышка-то отошла. То ли в шторм её повредило, то ли от сырости. Плёнка засвечена и вообще отсырела в этом тумане насквозь. Ничего на ней нет и быть не может. Пустышка. Стало быть, изымать вы изволите вещественное доказательство, на котором пусто, а после писать протокол ни о чём. Лишняя бумага, лишние объяснения перед начальством, лишний разговор с прокурором, который спросит, где же снимки. Оно вам надо, при вашей-то спине? Если что, не знаю, куда меня определят, но в Харбине бывать буду точно, если вдруг что-то пойдет опять не так, сможете меня найти, а я порядочному человеку всегда готов помочь. Договорились?

Намеки были очень прозрачны. Прозрачней некуда! Ротмистр немного скривился (явно не от боли), поглядел на фотоаппарат, на меня. Выдохнул.

Потом взял удостоверение Стрелецкой и, не говоря ни слова, отдал мне.

Торг завершился. Обе стороны остались довольны. Что называется, по рукам.

— Благодарю вас, господин доктор, — сказал он. — От души. В долгу я перед вами. Случится нужда по железной части в наших краях, спросите ротмистра Веригина из жандармского управления дороги. Помогу, чем смогу.