Интересно, по какой категории я тут проходил, учитывая то, что диплома у меня нет. Ну да ладно.

Мы пошли по коридору в дальнее купе. Жандармы вели задержанных, скованных одной цепью (и связанных одной целью), и тем приходилось протискиваться боком, чтоб не цепляться плечами за двери. Софья молчала, поджав губы. Братец сопел и косился по сторонам, как будто еще на что-то надеялся.

В купе оказался еще один пассажир. Невысокий, щуплый, в очках с тонкой золотой оправой. При виде жандармов он вскочил, побледнел так, что я подумал, не хлопнется ли в обморок, и руки у него заходили ходуном.

— Господа… я… у меня все в порядке, все бумаги в полном порядке… — забормотал он, кинувшись к саквояжу и уронив его на пол. — Инженер я. Путинцев Аркадий Семенович. На завод еду, в Пермь, по казенному контракту. Вот контракт, вот паспорт, вот предписание от правления…

Старший жандарм бегло проглядел его бумаги и вернул.

— Сидите, инженер, успокойтесь. До вас дела нет. С соседом-то знакомы коротко?

— Какое там коротко. Вообще не знаком! Думал, коммерсант какой, по торговой части.

Видно было, что инженер и впрямь ни сном ни духом. Достался ему сосед такой, что лучше бы полка вовсе пустовала.

— Вот и хорошо, что не знакомы, — сказал старший жандарм. — А то ехали бы вы дальше, спали бы крепко, а проснулись где-нибудь под Самарой без часов, без денег и без паспорта. Он бы вас тоже не пожалел, можете не сомневаться. Своих у них не водится, у них кругом одни клиенты.

Путинцев сглотнул и покрепче прижал к себе саквояж, будто кто-то уже тянул его из рук.

Младший жандарм взялся за вещи бандита. Стащил с полки чемодан, вывернул на диван, прощупал подкладку. Нашел несколько колод карт, новеньких на вид, в фабричных бандерольках. Старший взял одну, поднес к лампе под зеленым колпаком, повертел, провел по рубашке ногтем.

— Крапленые, — сказал он. — Все до единой. Гляди, наколка иголочкой по углам. Тонкая работа, аккуратная.

Дальше пошло то же. Связка отмычек на стальном кольце, тонких, всех фасонов и размеров. Еще два флакона с теми же каплями. И пачка документов, перетянутая бечевкой. Паспорта, виды на жительство, на разные фамилии, мужские и женские вперемешку, штук восемь, не меньше.

— Целая канцелярия, — заметил от двери Смирнов. Офицеры столпились в коридоре и заглядывали через головы жандармов, как публика в раек.

Заглянули и в купе Софьи. В то самое, что она брала себе одной. Видимо, чтоб привести в него на соблазнение можно было кого-нибудь. В несессере, среди пудры и шпилек, нашелся еще флакон с каплями. А под подкладкой саквояжа лежало кое-что любопытнее. Несколько монет с неестественно острыми, сточенными до бритвенной тонкости краями. И два пинцета, узких и длинных, какими сподручно вытаскивать что-нибудь из тесного места. Из чужого жилетного кармана, к примеру.