Тайра посмотрела на него.

Я увидела, как ей страшно.

Не по лицу. Лицо она умела держать лучше многих взрослых. По пальцам, которые искали мой рукав и в последний момент не взяли. Она сделала шаг к зеркалу сама.

— Зеркала дома показывают не лицо, — сказала она. — Они показывают намерение. Да, Мелл?

Мелл кивнул.

— Если попросить правильно.

— Дом, — Тайра сглотнула, но голос удержала, — покажи, зачем Северия привезла то зеркало. Не мне. Всем.

Северия резко сказала:

— Это недопустимо.

Тайра повернулась к ней.

— Вы ведь хотели, чтобы я смотрела. Теперь ваша очередь.

— Я не обязана участвовать в детских играх.

— Это не игра, — сказал Лиссар.

Чёрное сияние у его ладони коснулось пола перед зеркалом, очерчивая границу. Не угрожающую. Честную.

Дамеран посмотрел на Северю.

— Посмотрите.

Она резко повернулась к нему.

— Вы просите меня подчиниться дому, который меня отвергает?

— Нет, — сказал он. — Я прошу вас не бояться предмета, если вы привезли похожий ребёнку и называли это помощью.

В отражённом зале Совета снова стало тихо.

Северия поняла, что отказаться теперь хуже, чем смотреть.

Она подошла к зеркалу.

Каждый её шаг был безупречен. Но когда она остановилась перед рамой, я увидела: пальцы в светлых перчатках дрожат.

Зеркало сначала показало только её лицо.

Красивое. Бледное. Собранное.

Потом лицо потемнело, как если бы за ним зажгли другой свет.

И мы увидели не Северю, стоящую в старом зале, а Северю у себя в экипаже накануне приезда. Перед ней лежало зеркало рода Норр, накрытое тканью. Иорс стоял рядом, хотя прежде она говорила, что приехала помочь по собственной инициативе.

Звук пришёл не сразу. Сначала только движение губ. Потом дом дал голос.

— Девочка сорвётся, — сказала Северия в памяти. — Если зеркало покажет ей мать, она закричит. Если покажет обвинения — треснет стекло. В обоих случаях Трелл получит отчёт.

Иорс ответил:

— Главное — чтобы лорд Роуд увидел последствия.

— А если Эвира вмешается?

Северия в отражении улыбнулась.

— Тем лучше. Забота о детях делает её уязвимой. Она закроет собой девочку. Это будет выглядеть как влияние.

Тайра стояла рядом с зеркалом, не отводя глаз.

Слёзы текли по её лицу, но она смотрела.

Северия шагнула назад.

— Это искажено.

— Нет, — сказала Тайра.

Голос её дрожал, но не ломался.

— Искажённым было то, что вы показали мне. Это — намерение.

Зеркало потемнело и закрылось само. Ткань, висевшая рядом на стене, мягко опустилась на стекло, как ладонь.

В отражённом зале Совета поднялся шум.

Иорс ударил тростью.

— Память дома не может быть единственным доказательством.

— Тогда слушайте нас, — сказал Лиссар.