Пандора зажмурилась и еще сильнее прижалась к отцу.

2

Ручеек женщин, тянущийся на акрополь, казался бесконечным. Каждая стремилась умилостивить богов, чем могла. Мелкие медные и даже серебряные монеты, глухо позвякивая, падали в священный сосуд, уже заполненный больше чем наполовину. Затем каждая просительница делала несколько шагов и бросала в чрево всепожирающего жертвенного огня свой скромный подарок богам.

Пандора помнила наставления старой жрицы, что это неправильно и бесполезно. Скоро состоится официальная церемония жертвоприношения. Боги должны принять дар всего полиса, а не плаксивых, ломающих руки жен, заботящихся лишь о том, чтобы их мужья вернулись живыми. Так невозможно добиться победы. В детстве Пандора смотрела на эти церемонии с презрительным сожалением. Тогда она была уверена, что никогда не опустится до подобной унизительной жалостливой мелочности. Но сегодня ноги сами несли ее сюда.

Пандора прошла мимо Лисимахи, нараспев читающей торжественную молитву. Бросила в сосуд тяжелую желтую монету с портретом персидского царя, расслышав удивленный возглас за спиной — не все могли позволить себе подобную щедрость. Затем, невольно щурясь от пышущего жара, откупорила лекиф и резким взмахом руки плеснула в ревущее пламя масло из священной оливковой рощи, привезенное из Потидеи. Ее сердце замерло от ужаса и благочестивого восторга. Всемогущие боги, молю вас и заклинаю, прошу вашей милости и поддержки! Чтобы он остался жив, и вы оберегали его на поле брани!

Девушка замерла в напряженном ожидании, вглядываясь в пляшущие языки огня. Наконец она заметила, как в жарком сполохе появилась альфа — первая буква его имени. Пандора радостно вздрогнула. Хвала богам! Они приняли ее жертву! Девушка торопливо шепнула благодарность и шагнула в сторону, освобождая место следующей просительнице.

Неожиданно кто-то окликнул ее. Пандора обернулась. Позади стояла Аспасия. Ее лицо покрывал густой слой белил, глаза были красными и усталыми. Пандора вдруг увидела не молодую цветущую гетеру, о красоте которой ходили легенды, а усталую сорокалетнюю женщину.

— Не думала увидеть тебя здесь… — неловко выдохнула гетера и замолчала.

Пандора отвела взгляд и опустила голову.

…

Гетера совершила обряд, и они вместе стали спускаться по длинной мраморной лестнице пропилей. Их служанки держались на почтительном расстоянии позади. Женщины шли молча.

Наконец Аспасия не выдержала:

— Разве твой… эээ… друг… Алексиус тоже пойдет в бой?

— Теперь он метек и должен защищать наш город.

— Я слышала его рассказ… Похоже, что ему благоволит сам Посейдон. Даже Перикл прислушивается к его словам…