Из легенды видно, что Локи запустил необратимые изменения в системе, отрезав волосы у богини Сиф, санкционировал изготовление дополнительных артефактов, но не сам создавал их, а сделал это наилучшим образом – «перепоручил» процесс тому, кто по своей природе лучше умеет чувствовать нецелостность и несовершенство каждого элемента системы, точечно исправлять эти элементы. Мастера-цверги не обладают системным видением – это качество «узкого взгляда» сопутствует всем уникальным мастерам, которые умеют видеть и работать с малым, но не с большим. Зато своё дело они знают безупречно: если что-то несовершенно – они увидят это; если что-то не-целостно – они укажут на это. Свартам не свойственна деликатность или системное видение – они мастера, ремонтники системы, если угодно, но не программисты и не политики. Недаром положение мира Свартальвхейм соотнесено с первоосновой Зло, поскольку функция этой первоосновы в этом тоже – видеть несовершенство, отражать несовершенство. Неправильное понимание природы зла, к слову, не даст и правильного понимания методов взаимодействия с ним: мораль монотеизма призывает бороться со злом, тогда как более широкий взгляд политеизма учит взаимодействовать и учиться у тех, кто видит реальность с позиции её уязвимости, с позиции зла.
Локи и сварты распределили созданные шесть артефактов между богами единственно верным способом – каждому они закрывали уязвимости. Две вещи нам уже знакомы: это копьё Гунгнир, доставшееся Одину, и молот Мьёльнир, который сварты назначили Тору. Одину нужна точность, и это знает Локи, а Тору – сила, и сварты определили это безошибочно. Они не предназначали заранее артефакты именно для них, когда создавали, но это сделал Локи и закрыл брешь в системе руками великих мастеров. За этот поступок Локи пришлось получитьмагическую рану – зашитый рот, который оставил неизгладимые шрамы на его лице. Это такая же его печать облика, как отсутствие глаза Одина и руки у Тюра – магические раны, и утеря части функций остаётся в программе бога навсегда. С Локи случилось то же, и «шрамоустость» стала его визитной карточкой, такой же, как однорукость Тюра и одноглазость Одина.
Однако было ещё то, что Локи сделал сам, а не мастера-цверги. Не являясь мастером, но являясь богом, он сделал то, что может сделать только бог – создал других богов. Но эти боги, порождение Локи, согласно его принципу, не копировали имеющееся, а были тем, чего всей системе миропорядка недостаёт. С точки зрения бинарного мышления – чистым злом, как обычно люди называют то, что отлично от них самих. Трое детей Локи, о двоих из которых было уже рассказано, не были похожи привычным обликом на богов – они были ужасны. Волк, змей и прекрасно-ужасная богиня Хель, о которой речь пойдёт дальше.