орать друг другу через нее, но потом взяла себя в руки и решительно нажала на ручку. Габриэль Блан, самый завидный холостяк, последний маг земли и просто невероятно привлекательный мужчина, от которого заходится сердце в приступе любовной лихорадки, стоял в коридоре. Темная рубашка с короткими рукавами, небрежно завязанный на шее свитер и брюки цвета охры делали его намного понятнее и ближе, чем безликий костюм, в котором он провел вчерашний вечер. — Почему ты мне не сказал? — Почему ты смотришь так, словно уже похоронила меня? Вот и поговорили. Я опустила голову, старательно гоня мысль, что Габриэль Блан — это не просто предел моих женских мечтаний, который заполучит другая. Габриэль — последний маг земли, которого Тони планирует продать на аукционе этим вечером. Магов земли уничтожили не просто так. Они нашли способ оживлять глину, создавая идеальных солдат. Создавая големов. Чем это отличалось от способностей Белой Элиты вживлять чары в обычных людей, создавая кого-то вроде Дрейка? Все просто. Маги земли были первыми. А еще они крайне неосмотрительно попытались поднять восстание против имевшегося режима, и были сметены общей силой других Великих домов, уничтожены и вычеркнуты из магической практики. Крайне некстати вспомнился случай, описанный в газете. В статье рассказывалось о психе, который много-много лет назад, аккурат в разгар конфликта, захватил в плен раненого мага земли. Псих запер мага в подвале, отрезал от него по маленькой части тела и оживлял глиняные копии своей погибшей супруги. Когда все раскрылось, и в подвал спустилась городская стража, то от мага земли осталась обезумевшая от боли и опиатов искалеченная оболочка. Без рук, ног, ушей, носа… — Лисичка, — позвал Габриэль, обнял за талию и притянул к себе, — все будет хорошо. — Ой ли?! — усомнилась я, заглядывая ему в глазах. — Обещаю, — прошептал он и обольстительно улыбнулся. Эта улыбка делала сильных людей слабыми, что уж говорить про мои дрожащие коленки. Будь мы в книге, я бы уже пала кучкой влюбленного праха к ногам Габриэля, сраженная наповал его энергией мужчины-завоевателя. Но мы были в реальном мире, и этот реальный мир не преминул напомнить о себе в виде хмурой физиономии Тони. — Эй, голубки. Мы ждем только вас двоих. Смущенно отпрянув друг от друга, мы послушно спустились вниз и присоединились к собравшейся команде. Саманта, больше смахивающая на какую-то древнюю богиню, заняла стул в углу. Дрейк повесил на входную дверь большую табличку «закрыто» и остался топтаться рядом на