И еще немного…
Следующие пять месяцев пронеслись как один день и оказались на первой строчке самых счастливых моментов в моей жизни.Воспользовавшись помощью друзей, мы с Габриэлем сменили внешний вид и переселились в просторную квартиру в центре Золограда.Да, знаю, оставаться в Золограде было глупостью, но что поделать?Я оказалась не способна бросить семью, отца и Кая, который медленно шел на поправку.Габриэль не возражал. Он вообще редко мне перечил — кажется, из опасений, что я психану, разведусь и запрусь в комнате, полной книг.Я ж ведь и к решению выйти замуж отнеслась не слишком позитивно.Часть меня, воспитанная на романтических историях, пищала от восторга и хлопала в ладоши, мысленно кружась по комнате в белом платье невесты. Другая, более приземленная и меркантильная засранка, хмурилась и взвешивала риски. Ведь как ты ни крути, а Габриэль Блан оставался магом земли.Какой будет наша жизнь?Удастся ли сохранить его магию в тайне?И…А что, если дар перейдет нашим детям?Смогу ли я спать спокойно, зная, какая угроза нависла над колыбелькой нашего малыша?Паника. Паника! Паника!!!В конечном итоге Габриэлю таки удалось подобрать железобетонные аргументы, присовокупить к ним парочку крайне жарких ночей и убедить меня обменяться брачными клятвами.Время тихо шло своим чередом, Габриэль содержал нашу маленькую семью, я обустраивалась в новой квартирке, часто заглядывая к отцу в книжный магазин.Выпал снег. Отгрохотали салюты, впуская новый год в жизни всех жителей Звездной империи. Мы вернулись с праздничного ужина в компании отца, когда в квартире под елочкой обнаружили подарок.Вся наша банда в полном сборе стояла в центре нашей гостиной и громко, с жаром и невиданным доселе азартом спорила до хрипоты. И только Тони улыбался.— Пойду ставить чайник, — вздохнула я.— Не тревожься, — тормознул мою попытку сбежать Габриэль. — Дело тянет на ящик.Я было испугалась, что ящик этот гробовой и идет в комплекте с лопатами, которыми мы выкопаем глубокую яму в темном-претемном лесу, но нет!То ли я чересчур кровожадна в своих фантазиях, то ли Габриэль непростительно добр к этой невозможно шумной компашке аферистов, но последний маг земли вернулся с ящиком коллекционного вина, который под одобрительные крики присутствующих и водрузил на стол.— Чего шумим? — спросил Габриэль, впиваясь штопором в пробку.— Четыре года назад в имперской галерее выставляли золотую чашу работы Густава Смайга, — начала Мошенница, присаживаясь на диван.— Чашу конфисковали у мародеров, вскрывших подземные хранилища императорской