бар для заскучавших посетителей. Чуть дальше у стены располагалась огромная вывеска с названием центра и стойка. — Добрый вечер. Ваше приглашение, — дежурно улыбнулась девушка, едва я встряхнула насквозь мокрый зонт и приблизилась. — Приглашение? — повторила я попугайчиком, запуская руку в карман плаща. В конверте, присланном этой бессовестной сволочью, лежали игральная карта, визитка с адресом и записка. Справедливо рассудив, что под приглашением явно понималась не четырежды смятая, выброшенная и торжественно возвращенная из мусорной корзины записка, а игральная карта, я протянула прямоугольник с нарисованной Королевой костров. — Держите. Сотрудница центра взяла протянутую карту, кинула быстрый взгляд в мою сторону, и мы сыграли в традиционную женскую забаву «насоли ближней»: она сделала вид, что ничуточки не удивлена диссонансом между величественной королевой и серой, невзрачной мной. Я постаралась не скривиться. Нервно притопывая от нетерпения, я едва дождалась пропуска и побежала на поиски четвертого этажа с расположенным там вип-залом. Судя по меланхоличным стрелкам часов, висевших неподалеку, я опаздывала. Причем безбожно! Кактус сам себя на голову этому гаду не опустит. Кстати, как он там, мой хороший? В лифте, возносящемся под тихую музыку, я открыла сумку и удостоверилась, что главный аргумент в пользу отказа от участия в сомнительных делишках благополучно пережил путешествие. — Готовься, дружок, — тихо шепнула растению, уже предвкушая скорую месть. Интересно, можно получить сотрясение мозга от удара глиняным горшком по голове? А вернуть на место совесть? На заветном четвертом этаже меня перехватил молодой ассистент. — Фелисити Локвуд? — очаровательно улыбнулся высокий юноша, выходя навстречу. — Позвольте, я помогу. Вот есть в этой фразе что-то особенное. Я бы даже сказала, магическое. Как еще объяснить тот факт, что я позволила? Позволила юноше отобрать зонт ядреного цвета, который при должном желании мог легко сойти за оружие психической атаки. Позволила отнять сумку с заветным кактусом. Позволила вытряхнуть себя из мокрого плаща, а ведь не планировала раздеваться! Планировала гневно вспыхнуть, настучать кактусом по башке и смыться. А что теперь? Представила, как улепетываю от охраны с криками: «Сперва верните плащик, сволочи!», и мысленно хихикнула от абсурда. — Вы очаровательны, Фелисити, — окончательно сбил с настроя обезоруживающий юноша и фактически втолкнул в зал, где уже и без меня кричали, возмущались и желали огреть Мастера Масок по голове