та не разминулась со мной. Под злодейский скрип средство передвижения с мерзким характером диванной собачки в очередной раз непредсказуемо вильнуло колесами и обдала меня брызгами из лужи. — А чтоб тебя! — выругалась я, отскакивая в сторону, и только тут заметила на противоположной стороне дороги Тони. Тот заявился не один, а с плакатом. «Мое предложение еще в силе», — гласил последний. Предки, ну как можно быть настолько глухим к отказам? — Нет, и не надейся! — крикнула на всю улицу, спугнув стайку мокрых голубей, спрятавшихся под козырьком крыши. Потом засомневалась, что Тони услышал, и подкрепила слова категорично сложенными на груди руками и отрицательным покачиванием головой. «Соглашайся» — мелькнула новая табличка и тут же сменилась третьей: «Иначе завтра придут другие». Ах он, гад! Значит, не смог смириться с моим отказом и решил натравить на меня проверки? С другой стороны, а почему я все еще продолжаю удивляться? Это же Тони. — Иди ты к Предкам! — крикнула я, все-таки не выдержала и показала неприличный жест. Да, знаю, что это не красит девушку, чья репутация и так сильно пострадала, но что сделано в эмоциональном порыве, то сделано. И точка. Тони в ответ расплылся в плутоватой улыбке — мол, еще посмотрим, кто кого, и мы разошлись: я величественно развернулась на каблуках и вплыла в тепло своего книжного царства, а бессовестный шантажист убрался восвояси. В течение дня магазин был полон покупателей. Любопытные окружали меня, как канюки умирающего оленя, а кактус так вообще пришлось спрятать от желающих сделать снимок на память в витрину, куда дед обычно убирал крайне дорогие подарочные издания, и оградить широкой лентой проход. И если днями меня окружали звуки голосов и бодрое треньканье колокольчика, вернувшегося на свое положенное место над дверью, то утра продолжали «радовать» визитами проверяльщиков. Весь остаток недели меня осаждали представители различных инстанций. У меня испросили гигиенический сертификат, и я долго хлопала глазами, пока не сообразила, что это банальное санитарно-эпидемиологическое заключение. Потребовали документы на кассовый аппарат и книги учета, разрешение от арендодателя вести торговлю в помещении (и плевать, что дед и был собственником помещения). Инспекторы сменяли друг друга. Неизменным оставался только Тони с табличкой: «Ну, соглашайся уже!» Вишенкой на торте стала проверка по выявлению запрещенной литературы для детей и школьников. Вот тут я окончательно психанула, с нервным оскалом напускной доброжелательности