— Предложенный вами сценарий мне очень понравился, — продолжил сенсей. — Преданность Ивана Сусанина, обыкновенного крестьянина, долгу, более чем достойна быть увековечена на пленке. А теперь, посмотрев на вашу природу, я доволен еще больше — заснеженный лес с волками и тиграми обеспечит фильму прекрасную визуальную составляющую.

— Я очень рад этому, сенсей! — с улыбкой кивнул я. — Могу ли я попросить вас после съемок немного задержаться в Хрущевке для съемок в моей передаче? Мы собираемся показать по новому телеканалу «Восток» все ваши фильмы (за это уплочено еще давно, у нас Куросаву и прокатывали, и по телеку показывали), и наши граждане будут очень рады, услышав ваши комментарии и рассказы о съемках.

— Пришли предложение моему агенту, — попросил сенсей денег.

Дружба дружбой, а йены — йенами. И нет, ничего плохого в этом нет — у них же там капитализм.

— Спасибо, сенсей, — поблагодарил я.

— Но если я погибну от когтей таежных зверей, наша договоренность отменяется, — хохотнул сенсей.

Посмеялись и мы с остальными.

— Юный Китано с отличием закончил курсы сценаристов, — выкатил он неизвестную мне новость.

Не очень у нас в Японии с разведкой, о выделении «топтунов» для наблюдений за интересующими меня япошками даже мечтать не приходится. Да и какой смысл? Такие не пропадут.

— Спасибо, что присматриваете за ним, сенсей, — поблагодарил я. — Я еще молод, и это прозвучит очень нескромно, но Вселенная даровала мне чутье на таланты. Китано Такеши еще покажет себя.

— Пока он «показывает себя» в пьяных драках и в комедийных выступлениях в барах для нищих, — ухмыльнулся Куросава. — Но молодости свойственны горячность и стремление нарушать общепринятые правила.

Не пырнули бы Такеши, а то неловко получится — «ночная жизнь» в Японии этих времен по-настоящему опасная, потому что экономический бум обеспечивает тучные времена и процветание многочисленным бандам якудза — им банально есть чем поживиться, а значит количество бандитов растет соразмерно «кормовой базе».

Но это уже точно не мои проблемы!

— Позвольте принести вам наши искренние соболезнования в связи с недавним инцидентом, — подключился к разговору посол. — Вся Япония переживала за вас.

— Спасибо, Синсеки-доно, — поблагодарил я. — Но соболезновать лучше тем, кто за океаном — эта торпеда стоила им очень дорого.

— Коварство американцев велико, — поддакнул Куросава. — И я бы очень расстроился, если бы им удалось лишить мир такого великого таланта, как ты.

Ух как приятно!

— Огромное спасибо за такую высокую оценку моих скромных навыков, сенсей, — не удержавшись, я отвесил благодарный поклон. — Я приложу все возможные усилия, чтобы выживать и дальше.