— Ты, — подтвердила Марфа.

— Именно! — Наталья остановилась посреди комнаты и воздела палец к потолку, к трещине-зайцу. — Пока Анька там точит свои ножи и готовится к битве, я, Наталья Воронцова, стану звездой этого турнира! Сотни человек будут слушать мой голос! Вся держава будет знать моё имя!

— А Анька? — осторожно спросила Марфа.

Наталья замерла с поднятым пальцем.

— Что — Анька?

— Ну… она же готовится воевать с этим Вевериным. А ты пойдёшь к нему работать. Это как бы…

— Это как бы искусство, Марфа! — отрезала Наталья. — Искусство выше войны! Я не воюю, я рассказываю! Это совершенно другое!

Марфа открыла рот, подумала и закрыла. Наталья обладала удивительной способностью делать любую сомнительную идею звучащей абсолютно логично — по крайней мере, до тех пор, пока не наступали последствия.

— Когда отбор? — спросила Наталья, снова разворачивая листок.

— Завтра! В городской Управе! С утра!

— Завтра, — Наталья прищурилась. — Значит, у меня есть вечер и ночь, чтобы подготовиться. Глашка!

Служанка вздрогнула.

— Д-да, барышня?

— Неси мне всю еду, какую найдёшь в этом доме. Всю! Кашу, хлеб, мясо, пироги — всё, что есть! И позови Ольгу!

— Зачем? — пискнула Глашка.

— Буду репетировать!

Глашка перекрестилась и побежала выполнять.

Репетиция началась с катастрофы.

Глашка принесла всё, что нашла на кухне, — миску холодной каши, три пирожка с капустой, кусок варёной курицы, краюху ржаного хлеба и кувшин кваса. Разложила на столе и отступила к стене, готовясь к худшему.

Наталья встала перед столом, расправила плечи, откашлялась и торжественно указала на пирожок.

— О! — произнесла она голосом трагической актрисы. — Посмотрите на этот пирожок! Как величественно вздымается его золотистая корочка! Как трепещет его капустное сердце, мечтая быть надкусанным! Вглядитесь в эти складки теста — каждая из них хранит тайну мастера, который…

— Барышня, — прошептала Глашка от стены. — Это Фроська пекла. Кухарка. Она неграмотная.

— Не перебивай! Где я остановилась? Ах да — тайну мастера! Итак, мастер берёт нож…

Наталья схватила столовый нож и разрезала пирожок. Из него вывалился комок серой капусты и шлёпнулся на стол.

— … и обнажает нежнейшую начинку, которая… которая…

Она посмотрела на комок.

— … которая выглядит как содержимое помойного ведра, — закончила она упавшим голосом. — Ладно, пирожок — плохой пример. Давай курицу.

Наталья схватила куриную ногу, подняла над головой и завыла с таким надрывом, что Глашка присела от страха:

— Узрите! Бывшая владычица курятника, павшая жертвой кулинарного искусства! Её нежнейшее мясо, томлённое в собственном соку, хранит воспоминания о солнечных днях, о зелёной траве, о…