Вчера на занятии с Эскорном я чувствовала обратное — была никчёмной и слабой.

День за занятиями пролетел незаметно, а тренировка со стихийником закончилась до обидного быстро. Вроде только спустилась в подземный зал, только вошла во вкус — и всё, пора заканчивать.

Сначала Дермонт объяснял, как контролировать пламя, как делать так, чтобы стихия была мне подвластна. Я слушала внимательно, с жадностью ловила каждое слово, а потом старалась повторить всё в точности. Не всегда получалось, сдерживать пламя оказалось непростой задачей, но ни профессор, ни я и не ждали мгновенных результатов. А того, что сумела достичь за два часа, ему хватило, чтобы расщедриться на похвалу:

— Молодец, кадет! У тебя большой потенциал. Надеюсь, что и в остальных стихиях ты себя тоже проявишь. В любом случае скоро мы это узнаем.

— Уже не терпится перейти к практике, шейр! — не скрывая восторга, воскликнула я. — Воздух, вода… Всё это невероятно волнительно!

Военный бросил на меня снисходительный взгляд:

— Помни: основа всех основ — теория. Вот что помогает лучше понять стихию, почувствовать её, а впоследствии — покорить. Практика важна, но без теории чаровик способен только на хаос.

Его слова произвели на меня настолько сильное впечатление, что я прямо с подземного полигона помчалась в библиотеку. Хотелось узнать как можно больше по каждой стихии, тем более что первый месяц учёбы я пропустила и теперь должна была заполнять прорехи в знаниях.

От мысли, что ничего я не пропускала, а находилась на своём месте, в то время как сейчас занимаю чужое, благополучно отмахнулась. Жажда знаний затмевала, а желание узнать всё и сразу кружило голову.

Пришлось попетлять по замку, в этот час как будто необитаемому, прежде чем вышла к библиотеке. Это было моё первое посещение, поэтому тяжёлые стрельчатые двери я толкала с потаённым трепетом и волнением.

Здесь же столько книг по чаровому искусству… Тех, о которых в Кроувере даже не смела мечтать. Наверняка найдётся что-то интересное и по иллюзиям, но сегодня… Сегодня меня интересовали огонь, земля, воздух и вода.

Оказавшись в просторном, если не сказать огромном зале, почувствовала себя чем-то вроде крошечной букашки. Библиотека Кальдерока занимала два этажа и, чтобы разглядеть её расписные своды, приходилось напрячь зрение, настолько они были от меня далеки.

Я с интересом оглядывалась, бросая по сторонам восторженные взгляды. Стеллажи, являвшиеся продолжением стен, тянулись до самого верха. Несколько ярусов антресолей позволяли добраться даже до самых дальних полок. На балконы, обрамлявшие зал тёмными рамами, можно было подняться по лестницам с резными перилами, увенчанными диковинными зверями и птицами.