На этот раз я скрутил верёвку из духовной энергии гораздо плотнее, чем раньше. Вложил в неё столько силы, что она почти стала осязаемой, тугой жгут, сотканный из чистой энергии и воли.

Потянулся к пламени свечи.

Коснулся.

И… верёвка не рассеялась.

Я замер, боясь вдохнуть.

Огонёк дрогнул, словно принюхиваясь к моему подношению, а потом… зацепился. Крошечный язычок пламени потянулся по верёвке ко мне, медленно, почти неуловимо, но он двигался!

Сердце заколотилось. Работает! Наконец-то работает!

Один миллиметр. Два. Пять. Целый сантиметр пройден, и огонёк продолжал ползти по энергетической нити, всё ближе и ближе к моей ладони.

А потом верёвка рассеялась.

Просто взяла и растворилась, как все предыдущие. Огонёк вернулся на фитиль, довольно затрепетав, а я остался сидеть с протянутой рукой и ощущением, будто у меня из-под носа выдернули последний кусок пирога.

— Опять не получилось? — участливо спросила Селена, отставляя чашку.

Я медленно опустил руку.

— В этот раз уже ближе.

— Правда? — Марго просияла и захлопала в ладоши. — Это же здорово, Иви! При такой скорости прогресса, если будешь тренироваться каждый день, то месяцев через шесть у тебя точно всё получится!

Шесть месяцев.

Я посмотрел на неё и не знал, плакать мне или смеяться. Девушка говорила это искренне, пытаясь поддержать, но откуда ей было знать, что у меня нет никаких шести месяцев? Если не считать сегодня, остался всего один день. Завтра Броулстар исчезнет, и вместе с ним уйдёт мой единственный шанс стать кем-то большим, чем просто парень с лопатой.

— Спасибо, Марго, — выдавил из себя, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Буду стараться.

Селена встала и потянулась, изящно выгибая спину.

— Ладно, пойдём помоем посуду, — кивнула она подруге. — А потом домой.

Девушки подхватили пустые чашки и направились к двери.

Лего проводил их взглядом, который медленно скользнул от изящных лодыжек вверх по стройным ногам к обтянутым платьем бёдрам. Когда дверь за ними закрылась, он мечтательно вздохнул.

— Дружище, — он повернулся ко мне, — я вот смотрю на тебя и не понимаю. Ты целыми днями сидишь среди таких красоток. Они тебя обхаживают, кормят, в щёчку целуют. Любой парень, чтобы оказаться на твоём месте душу демонам бы продал, а ты… — он развёл руками. — Ты даже не смотришь на них. Что у тебя вообще в голове творится? Или тебе девушки не нравятся?

Я усмехнулся.

— Нравятся, очень даже нравятся красивые девушки.

— Тогда почему?..

— Потому что сейчас для меня важнее другое, Лего. У каждого мужчины должна быть цель. И он должен стремиться к ней, не отвлекаясь на сиюминутные соблазны.