Сбежать из-под такого сконцентрированного внимания было невозможно. Лаборатория, мое убежище, превратилась в мышеловку.

У меня не оставалось стратегического выбора. Вернее, выбор был, но он сводился к одной-единственной, очевидной опции: сражаться. Здесь и сейчас. И для этого у меня как раз появился новый, неиспытанный, но теоретически превосходный инструмент.

Оставались последние три слоя стационарной защиты — комбинированные силовые поля, наглухо запечатывавшие шлюзовую камеру. Они были превосходны против атак извне, но сейчас лишь мешали.

Вместо ожидания я через узел управления быстро перенаправил энергетические потоки. Защитные поля не погасли — они схлопнулись, сжались в плотные, многослойные коконы и притянулись ко мне, обернувшись вокруг моего уязвимого теперь тела, как импровизированная броня из силовых барьеров.

Это был костыль, временное решение. Поля были рассчитаны на стационарную защиту, а не на мобильное использование. Без постоянной подпитки от эмиттеров они начнут быстро рассеиваться, но несколько минут — продержатся.

Как только кокон сформировался, я дал команду. Сепа, все еще находившаяся в главном зале, развернулась к гермодвери. Её пасть приоткрылась, внутри собралось сконцентрированное свечение.

Она выпустила сфокусированный импульс чистой энергии прямо в центр створки. Взрыв был направленным — его ударная волна ушла наружу, дверь сорвало с массивных петель и выбросило в темноту. Я, укрытый в своем импровизированном коконе, ринулся в образовавшийся проход, оставляя уже не нужную лабораторию.

Снаружи царил хаос. Десятки практиков, застигнутых врасплох внезапным снятием барьеров и взрывом, открыли беспорядочный огонь. Сгустки энергии, лезвия из сжатого воздуха, копья льда, плетеные молнии — все это обрушилось на меня единым разноцветным ливнем.

Мой кокон из защитных полей засветился яростным голубоватым сиянием, затрещал, но выдержал первый шквал. Я не стал отвечать. Я просто рванул вверх, сквозь толщу ледяной воды, рассекая ее, как торпеда, оставляя за собой удивленных охотников, которые лишь через секунду осознали, что цель не собирается отсиживаться в ловушке.

Через несколько секунд я вынырнул на поверхность. Бросившийся в погоню поток атак ослаб — не все могли так быстро перестроиться и выстрелить сквозь толщу воды точно.

Я оказался в воздухе, над бурными серыми водами, под тем же черным, усыпанным тысячами мерцающих искорок-миров небом Изнанки. Кокон из силовых полей вокруг меня, лишившись поддержки стационарных генераторов, начал быстро тускнеть и рассыпаться.