Но что было любопытно и заслуживало отдельного изучения — на Ананси и Сепу, парящих рядом со мной, это давление не распространялось. Их будто не замечали.

Похоже, проводники, даже достигшие уровня Аватаров Нова, но не перешедшие на Истребление Смерти, видимо, все еще считались частью естественной экосистемы Изнанки. Этот феномен отторжения нужно будет изучить при первой возможности. Возможно, через Ананси и Сепу я смогу возвращаться на Изнанку при желании, если сделаю все правильно.

Возможно, мне поможет технология отблесков, которую я забросил из-за того, что в высшей сфере каждая захудалая забегаловка была оснащена хотя бы одним артефактом-поисковиком и маленьких паучков, которым невозможно было придать большого количества маскировочных свойств, быстро обнаруживали кому только не лень.

Прошло еще две, от силы три минуты. Давление нарастало, становясь осязаемым грузом на плечах, помехой для дыхания. Лирамин, лежащий на камнях и все еще хрипящий, казалось, тоже начал его смутно чувствовать — он смотрел на меня, на моего Аватара, и в его взгляде, помимо ненависти, появилось сперва недоумение, затем медленное понимание.

Скоро я исчезну. А его месть, его ярость останутся здесь, с ним, бесполезные.

Темнота, обозначающая переход, наступила не постепенно, она пришла внезапно, без предупреждения, как падающий занавес, отсекающий сцену. Одно мгновение я еще видел солевые брызги на черных скалах, серую пену океана, бесконечное черное небо с тысячами мерцающих искорок-миров и побежденного, сломленного врага на земле.

В следующее мгновение — все это было бесшумно поглощено густой, бархатной, всеобъемлющей чернотой. Чернотой, лишенной не только света, но и звука, запаха, ощущения пространства, верха и низа. Меня вырвало из Изнанки, как пробку из перегретой бутылки. Просто — щелчок. И отсутствие всего.

###

Тьма перед глазами рассеялась, и я осознал себя стоящим на песке.

Почти белом. Мелком, как мука, и на удивление плотном под ногами — я проваливался всего на полсантиметра, будто песок был утрамбован прессом. Я поднял голову, ожидая увидеть либо ночное небо с проекциями малых миров, если каким-то чудом меня выкинуло обратно на Изнанку, либо нормальный день поверхности высшей сферы, где я успел побывать всего пару раз, и то мельком.

Ни того, ни другого.

Небо надо мной было выцветшим до желтизны. Не бледно-желтым, как перед закатом, а именно выцветшим, будто старая ткань на солнце. Диск главной звезды висел почти в зените — неестественно яркий, без возможности смотреть в его сторону даже краем глаза. Он жег так, будто находился в сотне километров надо мной, а не за миллионы. Воздух… я сделал вдох и тут же закашлялся.