— Молится он что ли, — подумала раздраженно Лизавета. Саму ее этими страшными знаками войны было уже не удивить, видела живьем, во сне, как наяву. Базилио взирал с нескрываемым презрением на все происходящее с подоконника и как только Лиза появилась в проеме и протянула махровое полотенце деду требовательно заорал на хозяйку.

— Чисто в зоопарке собрались, — поддержал внезапно, будто телепатией прочел Лизаветины мысли Акимыч. — Чего уставились, как на мамонту живую? Мужика мокрого, да в исподнем чай не видали? Давай его в комнату мою Иваныч, я нынче на печке перекантуюсь, а воя нашего на кровать и баиньки. Завтра ему небо в овчинку покажется. Не похмелиться тебе, ни в запой уйти. Думать надоть было, чего употребляешь.

— Подожди дед. Дело. — Вениамин мотнул головой пытаясь собрать слова и буквы в непослушном рту, — Дело закроют. Там не в водке дело. Сундук спрятать… убрать… сжечь.

Мысли были скользкие и тяжелые, как камни на дне пруда. Надо было сказать. Успеть предупредить, но ставший чужим язык еле помещался в пересохшем рту. Вениамин поднял мутные глаза в красных прожилках лопнувших сосудов и замер. Напротив стояла Лиза. Смотреть на побледневшее лицо своей, похоже, бывшей невесты, в упор, как под дулом пистолета, не отводя взгляда. Кипятком ошпарило понимание, что гусарский подвиг по уничтожению вещественных доказательств в опорном пункте был мальчишеской выходкой, а не острой необходимостью, как казалось на месте.

— Я пойду туда, в сарай. Там лягу. Потом, все потом. — Вениамин попытался подняться с мокрой табуретки, тяжело опираясь за край стола. Обвел взглядом из-под бровей присутствующий и кивнул на батюшку. — Он пусть главный. Принимай командование спецура божья.

На последних словах юриста вновь повело в сторону и не разогнувшееся до конца тело стало крениться, подрубленным деревом. Гравитация и бабкино зелье победило. Строители подхватили не дав упасть и вывели, почти вынесли поверженного воина к деду в комнату. Лиза так и осталась стоять столбом. Что нес этот герой — голова с дырой про батюшку? Какой божий спецназ?

Когда-то давно Ленка на своей студенческой свадьбе рассказывала анекдот про нашу русскую бабу, что вышла замуж за узбека. Все были изрядно пьяны, бородатую шутку эту знали и никак не могли договориться на какую сторону тюбетейку надо было надевать, но сегодня Лизавета четко вспомнила то самое заветное положение женских рук, когда вообще пофиг как у него там головной убор надет.

После того как бревно по имени Вениамин уложили на дедову кровать, оказалось, что батюшка с братьями белорусами уже куда-то очень спешат по делам, толпятся у двери, пока Вазген зашнуровывает ботинки. Этот жук тоже намылился слинять за широкой спиной простодушного Дато, а дед так сразу на печку полез — спальное место готовить себе. Натурально тараканы, а не сильный пол.