– Да, – заметил голос и послышался скрип.

– Не знаю, где второй, – произнес нечистый. – Может, в избе затаился! А может уже далеко!

– Отвечай, как тело раздобыл! – рявкнула василиса, понимая, что редко так получается, что по двое ходят. И правда, может не знать, где второй.

– А что? – послышался хриплый смех. – Смотрим, лежат дохляки на болоте. А че б не взять? Вот и взяли! Ты не думай, что зло творим! Мы людям радость приносим! Сами молили, чтобы увидеть лишний разочек! Жизнь отдать готовы…

Черепуша вспыхнула. Василиса заметила, как черт в сторону мертвой «жены» косится. Краем глаза василиса увидала, что тело бедной Дарины зашевелилось.

Моментально закрыв и тут же открыв глаза, василиса впилась навьим взглядом в еще одного черта, который лезет через рот несчастной. Тело несчастной дергалось, словно живое, а василиса резко выставила руку в сторону тела. Она хотела отпугнуть, но сила, вырвавшаяся из руки, испепелила и тело, и самого нечистого.

Череп короткой вспышкой прикончил второго.

– Звиняйте, что намусории! – заметил филин.

– Ничего, ничего! Уберем, обдерем! – послышались голоса, а из-под полока брызнули маленькие анучтки. Устало и удивленно выдохнув, василиса уставилась на свои тонкие и бледные пальцы.

– Ну как? – довольным голосом спросил филин, когда за василисой скрипнула дверь в старенькую баньку. – Нравится тебе, когда в теле твоем столько силы?

– Удивительно, – произнесла василиса, все еще не веря.

– Пополнять ее нужно будет, – вздохнул филин. – Ты знаешь, о чем я…

Щеки василисы зарделись, а в груди стало тесно. Речи филина сладостью и слабостью вдруг отозвались. Она понимала, что дорог он ей. Да все равно пугала ее мысль про матицу…

– Ну что? – дрожащим голосом спросила Яринка, стоя на пороге. – Может, в избу пройдете. Мне теперь страшно одной…

Василиса вспомнила, что толком ничего не ела уже несколько дней. И кивнула, соглашаясь.

На столе виднелись остатки пиршества, и василиса жадно накинулась на еду. Ярина сидела, прислонившись лицом к беленой печи с узором. И ничего не ела.

– А коли вернется, что я ему скажу? – спросила она, пока василиса отламывала краюху хлеба. – Скажу, что не уберегла… А я ему говорила! Дитятку подари мне… Вдруг что с тобой случится! Вернется, не знаю, что сказать!

– Не вернется. Это тебе не змей. Они кожу сдирали и в нее лезли, чтобы явиться, – не выдержала василиса.

Несчастная Ярина перевела на нее взгляд.

– Девушка, а вы точно психолог? – спросил филин у василисы. Как всегда он говорил мудрено. И василиса уже привыкла.

Ярина подняла глаза. Она не вскрикнула, ни заплакала. Лишь вздохнула.