– Кушать подано! – позвал филин. – Что-то званый ужин у нас не собирается? Или не оголодал? Эх, придется выслать пригласительный! Давай, тащи его силой!
Филин зловеще хохотнул, а василиса пожала плечами. Вызывать силой домового – рискованно. Мало ли, вдруг злопамятный? А ей здесь еще жить.
В ночной тишине слышалось заклинание. Казалось, что все вокруг заходило ходуном. Зловещий свет магии освещал бледное лицо василисы.
– Дедушка – домовой, – звала она, пока вещи дергались на своих местах. Казалось, что вся тьма собралась вокруг нее и клубилась зловещим дымом черных пожарищ.
Внезапно тьма отступила и стала клубиться на одном месте.
– Явился, – заметил филин.
Заклинание оборвалось, а на месте тьмы виднелся неясный силуэт. Силуэт вдруг вытянулся, сплющился и на месте, сидело что-то похожее на черного кота. Кот с лицом старичка сидел и трясся.
– Не бойся, – смилостивилась василиса. – Ты чего?
Нечто черное, пушистое дернулось от протянутой руки.
– Не обижу, – произнесла василиса, впервые видя напуганного домового. – Ты чего прячешься?
– Страшные дела творятся, – пробормотал домовой.
Глава 23. Морок
Василиса с филином переглянулись.
– Беги, девка отсюда! Чем дальше, тем лучше, – произнес домовой, трусливо озираясь.
Обычно домовые так себя ведут, коли в доме нечистый объявился. И посильнее их. Значит, вот почему он прячется, бедный.
– Что творится-то хоть? – дрогнувшим спросила василиса. – И кто здесь жил? Другая василиса? Ты про нее сейчас?
– Да. Другая, – вздохнул домовой, а его навьи глаза смотрели на василису внимательно. Пламя свечки дрогнуло, но тут же разгорелось снова. – Долго жила. Много нечистых извела. Мы с ней не дружили, но и не враждовали. Она мне всегда еду оставляла. За это я ее уважал. Приятно, когда чтут старые традиции. Она все по князю сохла. Чуть что, так для него принарядится…
– А князь? – спросила василиса, удивленно глядя на филина.
– А что князь? Он на то и князь, что ничего! Не любят люди с нечистыми якшаться. Холодом Нави от нас веет. Страшно им с нами, – вздохнул домовой.
Домовой помолчал, затравленно осмотревшись.
– Но она его любила, – послышался тихий шепот. – Князю дары богатые прислали однажды! А среди них опояска! Как надел ее князь, так и началось… Днем суды судит, а ночью волком рыщет.
– Князь?!! – воскликнула василиса. – Сам князь?!! Это он и есть зверь посадский? Так вот почему он никого не послал зверя искать! Знает он прекрасно, кто ночью рыщет!
– Тайну свою он девке из ваших сказал. А девка-то его каждую ночь, как луна взойдет, так и держала. А один раз вырвался зверь лютый. И на нее. Сам, своими глазами видал! Она его убить могла, да не убила. Рука не поднялась. Все ему шептала: «Всеволодушка….». Он ее на части рвет, а она все шепчет, упрашивает… Так и не стало ее. А князь решил, что тебя не просто так прислали! Сам слышал, как опричникам говорил: «девок странных в Посад не пускать!».