– Была, была… – слышится голос из подпола. – Двоих сразу мать родила в голодный годок. Одной грудь в рот, а второй в рот платок. Одну руками обняла, а вторую земелькой присыпала да подполе схоронила. Вот ты росла, и я росла с тобой! Только там, в подполе! Все с тобой увидиться хотела….

– И что теперь? – удивленно спросила Дарина.

– Здесь и останусь. Черти меня, как забрали, так и отпустили. А мне что? Пока косточки мои под домом схоронены, так пусть и лежат! Суседить здесь буду! Вместе с домовым, – усмехнулась покойница. – Не бойся, зла никому не причиню. Приди, погреб открой, скажи: «Кости-кости, можно в гости?». И я тут как тут. Много чего вижу, много чего знаю, ты всегда спросить можешь, если что ищешь… Мудрой среди людей прослывешь. А уж я-то постараюсь тебе помочь, за то, что пришла на свадьбу и не побоялась. И тебе помочь могу.

Дарина едва не заплакала. Было видно, что страшно ей. Но в то же время сестру родную встретить и о материнском зле узнать – тяжело.

– Спасибо тебе, василиса. Спрашивай! Что хочешь спрашивай!

Голос покойницы тихий, едва различимый. Из погреба пахнет прелой сыростью. Василиса посмотрела на филина, вздохнула и присела рядом с погребом.

– Скажи мне, здесь навий княжич прячется. Новый кто в деревню приходил недавно? Может, кем угодно прикинуться. Где его искать? Как распознать? – спросила василиса.

– А! Сейчас спрошу! Мертвые многое знают! – прошептала покойница и исчезла в погребе.

Василиса присела на сундук, глядя на хозяйку. Вот если бы она девкой простой родилась, то миновала бы ее эта судьба? Не пришлось бы в голодный год выбирать между детьми? И что бы она выбрала?

– Что призадумалась? – спросил филин. – О тяготах людских? Да, жизнь у людей не сахар. Но живут же как-то…

Василиса вздохнула. Может, оно и к лучшему, что такая судьба ее стороной обошла. Хотя, неизвестно, что там будет дальше.

Кто-то постучался по деревянной крышке подпола.

Василиса открыла ее, видя, как оттуда покойница высовывается.

– Разузнала. И правда. Живет здесь навий один. Сильный очень, но силу свою прячет. Так-то вы его не найдете. Ничем себя не проявляется. Дом пастуха на окраине. Там и ищите его, – произнесла покойница.

– Ну что ж? Будем будить хозяйку или нанесем ночной визит сами? – спросил филин, а василиса посмотрела на спящую. Пусть спит. Тайна ее горькая наружу вылезла.

Не хотелось василисе в чужую семью лезть да разбираться.

– Пойдем, – кивнула она, направляясь к двери. – Уходим мы, Дарина.

– Не плачь, подумай лучше, что бы сама сделала, коли бы на месте матери оказалась. Так бы никто не выжил, а так хоть кто-то, – произнесла василиса, не зная, как утешить Дарину.