Князь молчал, тяжело дыша. Думал.

А потом как заговорит, да лучше бы василиса этого не слышала!

– В Зеленом Посаде князь правит. Вот он это и сделал, – обхватил голову князь. – Приехал я к нему как-то. Встретил он нас, как гостей дорогих. Сразу пир горой закатил. Пировали два дня. Медовуха и пиво рекой текли. И вот вышел я на воздух продышаться, в тереме заплутал, а меня ноги сами в сад вынесли. Глянул, а там девица – красавица. Никогда красоты такой не видывал. Чую, сердце ретивое взыграло. Я к ней, а она меня от себя прогоняет. И тогда чую, что не волен я над сердцем своим. У ног ее валялся, любви ее просил. А она смотрит на меня, как на вражину. Я ей и золото, и меха обещал… Сердце из груди вырвать готов был. А она сторониться.

Князь выдохнул и замолчал, прижимая руку к губам, словно оттуда что-то вылететь должно было. То, что знать никому не положено.

– И тут кровь во мне взбурлила, – продолжил князь, тяжело дыша. – Чтобы мне? Князю? Девка какая-то отказывала! Да никогда… Схватил я ее да набросился на нее, как зверь лютый.

Князь зажмурился и головой покачал.

– А нам уже пора уезжать поутру. Вот собрались, поехали, а у меня все красавица эта из головы вон не идет… Все ее очи вижу… Аж сердце замирает. Сначала думал, что привиделось мне… А потом мне шепнули, что князь Зеленого Посада дочку свою утаил. Не показал. А она – красавица – писанная. Видать, как зятек ты ему не понравился, княже. Стали дочку нахваливать. Тогда понял я, что за девица вчера была. Только до посада своего добрался, так сразу велел сундуки подарками набивать. Только ее женой своей видеть хочу! Приехали мы со сватами и подарками, как и полагается. А там плач стоит страшный. Княжна удавилась!

Князь помолчал и глаза закрыл, словно больно ему об этом говорить.

– Потом все и всплыло. Василиса из Зеленого Посада всю правду безутешному князю про его дочь и раскрыла, – выдохнул князь. – Она меня день не дождалась. Мне все ее очи в темноте мерещатся. Забыть их не могу. Вроде бы, все заросло да как-то сладилось. На пиры друг к другу ездить обратно стали. А потом мне эту опояску прислали.

Василиса молчала, не зная, что и ответить. Не каждый день такое услышишь.

– За дело, значит, – выдохнула василиса, видя, как князь на руки свои смотрит. – Теперь, значит, зверем диким рыщешь, людей губишь…

– Убей, – прошептал князь.

– Убивать тебя не стану, – вздохнула василиса. – Зло ты большое совершил. Да на кого людей оставишь? Не будет князя, не будет и порядка.

Князь посмотрел на василису, поднял руку и провел по ее щеке.