Дальше связь с Антарктидой могла быть потеряна надолго, если не навсегда. Все зависело от конечного итога войны. А русские уже у стен Берлина — в эти первые дни наступившего сорок пятого года. И неизвестно, сможет ли глава рейха Гитлер руководить и дальше своей Германской нацией — оттуда, из бескрайних льдов Антарктиды?

— Так что будем делать с вашим оберштурмбанфюрером, дорогой Генрих? — задавался вопросом Борман.

— Полагаю, Мартин, что нужен бросок спецотряда. Штутгарт не весь в руках повстанцев, а только прилегающий к нему аэродром. Если диверсионная группа сможет пробраться на его территорию, то Скорцени может считать себя свободным. Ребята из спецкоманды знают свое дело.

— Намерены отправить их на поиски?

— Намерен. Мой подчиненный вез с собой секретные распоряжения фюрера. Это касается не только генетического фонда новых поколений нации. Не только агрегатов бурения, урана, ртути. Но и личные указания, в том числе Канарису с Деницем.

— Обдумаем. Группу подготовьте, я с вами согласен. Что дальше?

— Этим последним караваном мы сможем завершить переброску всех оставшихся ценностей и реликвий. Раз уж глава рейха там, то и все контрибуции должны быть перевезены в шахты Базы-211. Там фон Риттен. Там защита и охрана. И, наконец, там сам фюрер.

«Хитер, чертяка! — мысленно поздравил его Борман. — А сам хочет с этим последним караваном переправить свое награбленное золото. Награбленное по всей Европе, включая Восточный фронт, где Украина, Молдавия, Белоруссия. И как раз Скорцени в этом ему самый ценный помощник…».

Вслух же подтвердил:

— Да. Канарис и Дениц сейчас прибудут. Обсудим и это.

— Хорошо. Что там по этому русскому инженеру, попавшему к нам в плен?

— Люди Мюллера по-прежнему ищут. На след пока не напали. Фон Клейст полагает, что при налете на госпиталь, тому русскому с его охранником удалось скрыться. Куда? Вот тут и загвоздка. Берлин огромен, да к тому же наводнен до крайности ячейками подполья. Кто хочешь мог их скрыть у себя. Фон Клейст тоже сейчас будет здесь.

Когда прибыли три оставшихся руководителя — Канарис, Дёниц и Клейст, посвященные в тайну побега Гитлера — началось совещание.

Слово взял адмирал Дёниц.

— Господа, возьму на себя смелость доложить, что не стал ждать указания фюрера для снаряжения каравана номер восемьдесят один, а уже сам приступил к его оснащению. Полагаю, наш фюрер одобрил бы этот поступок. И, поскольку Отто Скорцени сейчас в руках повстанцев, мое решение как нельзя лучше доказывает, что я прав.

Все склонили головы в знак согласия.

— Тем самым, не дожидаясь указа, я ускорил отбытие субмарин в четверг утром. Сегодня суббота. Надеюсь, до четверга мы вызволим оберштурмбанфюрера из плена, и он подтвердит полномочия.