С этими бесконечными вопросами и уснул.

Прошел еще день.

Неандертальцы занимались своими делами, поначалу с опаской поглядывая на всесильного незнакомца, но к концу первого дня успокоились: кто скоблил скребком шкуры, кто растягивал для просушки кишки убитых животных, кто поддерживал огонь и носил хворост. Женщины варили в огромных панцирях черепах незамысловатое варево без соли и специй, которых ещё не знали. Молодые особи коптили в дыму куски мяса. Дети резвились на скалах и отчаянно визжали от восторга — стоило Игорю появиться в поле их видимости.

И вот тут-то ему как раз и представилась возможность возвыситься над ними ещё больше, приобретя в их глазах статус не только неприкосновенного тотема, а еще могущественнее —повелителя луча Солнца .

Вытащив из кармана фонарик, он включил его и направил рассеянный луч на стену скалы. Очевидно, фонарик материализовался в барокамере после его посещения эпохи Екатерины Великой. Каким образом материализовался? А черт его знает. Сзади послышались испуганные крики, призывающие взрослых лицезреть сие новое неведомое чудо, в то время каквосьмая едва не присела от восторга, издав гортанный звук:

— О-нце!

Игорь снисходительно улыбнулся и, шутки ради, обвел всех столпившихся ярким лучом, ослепляя и обращая их в бегство. Он купался в лучах славы. Это был его звездный час.

Сделал шаг в направлении скал. Светил фонарем. Сделал другой. Еще и еще…

Пока вдруг не сорвался вниз. Удар! Боль в затылке. Пустота. Время обрушилось в бездну.

* * *

Утром, придя в себя, он ничего не узнавал и ничего не помнил. Ни гладкой скалы, ни падения вниз, ни удара затылком. Три дня провёл Игорь в далёком мире неандертальцев.

На третий день его пребывания, ближе к вечеру, когда его лихорадило особенно сильно,восьмую сменилтретий , который также был в той группе, подобравшей его на болоте.Третий участвовал в спасении его от саблезубого леопарда,он же снимал с него шкуру, и так же, как ивосьмая , отдавал гостю лучшие куски мяса. Очевидно, они были братом и сестрой, иначе, зачем ему ухаживать за незнакомым существом, пусть и повелителем огня?Восьмая не спала целые сутки, и поэтому прикорнула подле незнакомца, оставив на время вместо себятретьего. А Игорь всё продолжал метаться в бреду, чередуя поверхностное сознание с провалами памяти, как это с ним случалось и прежде. Бред сменялся мутным осознанием того, что он находится где-то далеко от Курской дуги своего, сорок третьего года.

Они называли его «О-жё-о», очевидно причисляя к стихии огня, так как он мог им управлять по своему усмотрению.