— Игорь! Привет!

Извлекают тело из капсулы. Отключают присоски электродов. Самописец отсчитывает секунды в обратном порядке. Все мелькает как в том детском калейдоскопе. Дают в руки сифон с прохладной водой. Губы пилота с жадностью припадают к живительной влаге. Только теперь, вдоволь напившись, он начинает крутить головой.

Черт побери — знакомый экран, знакомые стены. А вот и лицо. Где-то он его уже видел.

— Привет путешественнику! — склонился над ним Степан Сергеевич, главный руководитель Института технических разработок. — С прибытием, говорю, чертяка такой! Мы тебя искали по всем измерениям.

Игорь сел на кушетке. Обступили вокруг. Много белых халатов. Кто-то сунул в руку чашку горячего кофе. Накинули одеяло на плечи.

— Как самочувствие? — Степан Сергеевич щупал пульс, сверялся с датчиками. — Пока можешь молчать. Приходи в себя. А я расскажу.

Старший научный сотрудник принялся рассказывать, как они всем Институтом ловили его, Игоря-летчика, по разным эпохам. Ловили, но безуспешно. Автоматика барокамеры с самого начала дала непростительный сбой, как это, впрочем, бывало и раньше.

Игорь пил кофе, озирался, приходил в себя и, собственно, слушал.

— Понимаешь? — горячился глава Института. — Мы закинули твой саркофаг, чтобы его автоматика нашла вектор модуляции нашего Александра. Ну, ты помнишь, инженера-конструктора из нашего времени. Ты встречался с ним один раз на Курской дуге — сам рассказывал. По расчетам моих аналитиков, если бы барокамера доставила тебя именно в тот день Курской битвы сорок третьего года, откуда она тебя забрала вместо нашего Саши, то его вектор модуляции должен был притянуться как бы магнитом к твоему вектору. Прошлый раз я тебе объяснял. Помнишь?

Летчик кивнул.

— И вот на тебе! Очередной сбой. Когда твоя барокамера швырнула капсулу времени в восемнадцатый век, наши сотрудники поняли, что она снова пошла гулять по эпохам. Сканировала датчиками обнаружение вектора Саши. Пока все ясно? Я тебе объясняю, почему ты оказался там-то и там-то, вместо Курской дуги.

Игорь вторично кивнул, прижимая к губам чашку с кофе. В глазах прояснилось. Мелькавшие картины эпох покинули мозг. Он начинал кое-что улавливать из рассказа Степана Сергеевича.

— И вот, когда мы обнаружили тебя во временах Наполеона, автоматика капсулы снова дала сбой. Дубликат саркофага, отправленный нами за тобой, чтобы вернуть назад, не успел застать тебя там буквально за секунду, как ты растворился в пустоте. Дублирующий саркофаг успел запечатлеть только твоего француза Мишеля, погибшего в лесу от ядра партизан генерала Платова.