— Ваш профессор, — кивнул он на дальнее кресло, — говорил за столом о каких-то колодцах, тоннелях…

— Если все верно по древним источникам, мы можем найти следы развитой цивилизации.

— Вы говорите, следы? Не живых?

— Вот это и предстоит нам узнать. У вашего исследователя Альфреда Ричера в тридцать девятом году, шесть лет назад, не было достаточно оборудования, чтобы проводить разведку. А сейчас мы оснащены по последнему слову техники.

— Я даже больше вам скажу, — захотелось полковнику удивить легендарную летчицу. — По секрету. С разрешения моего начальника, коменданта фон Риттена, если возникнет необходимость, вам позволят воспользоваться дисколетами конструктора Шаубергера. Помните его за ужином у фрау Кролль?

Ханна расширила от восторга глаза.

— Как же! Помню. Обратила внимание. Наслышана о нем, но не имела честь знать в лицо.

— Как-нибудь познакомлю. И о его разработках слышали?

— Я в первую очередь летчик Германии, а уж потом исследователь, — улыбнулась девушка. — И поэтому обо всех новейших изобретениях — даже крайне секретных — мне положено знать по долгу службы. Разумеется, диски Белонце, как их называют в тайных проектах, представляют собой совершенно секретную информацию. Саму структуру и принцип их характеристик не знаю, но общий поверхностный смысл мне понятен.

— И вы их, как я понимаю, еще не видали?

— Дисколеты?

— Да.

— Откуда, милый герр Штраус? Кто даст мне дозволение прикоснуться к столь секретной информации? Разве что только сам фюрер, — бросила она пытливый взгляд на него. Предстояло проверить, догадался ли полковник СС, что она знала Гитлера с Евой так близко.

Однако Штраус не заметил пытливого взгляда летчицы. Или скрывал свои эмоции настолько глубоко, что невозможно было распознать его мысли. Так или иначе, полковник лукаво предложил, понизив голос до шепота. Склонился прямо к лицу летчицы:

— А если разрешение даст не фюрер? И не комендант Базы? Если разрешение, показать вам дисколеты, отдам я? Шаубергер подчинен мне, как и коменданту. Стоит мне отдать распоряжение, как вас тут же пригласят в подземный ангар.

Расплывшись в улыбке, подмигнул многозначительным взглядом:

— Какое мне ждать от вас вознаграждение?

Ханна поняла, что тщеславный полковник намекает на интимную близость. Хотя, чему удивляться, судя по комплекциям его супруги, присутствующей в их первый вечер на ужине? Хмыкнув про себя, любезно ответила, томно закатив глаза:

— Моей признательности не будет границ… — и добавила, подмигнув в свою очередь, — дорогой мой полковник.

У Штрауса от нетерпения заиграло в штанах. Такую красотку он не имел в постели уже три с половиной года, с тех пор, как стал заместителем Базы. Нет, разумеется, были девицы из штата обслуги. Были и узницы лагерей, которых потом, расстреляв, хоронили прямо во льдах Антарктиды — всех, без разбору. Была секретарша. Была надзирательница женских бараков. Но, чтобы легендарная летчица, любимица фюрера? — с такой необходим особый подход. И, собственно, как самый банальный мужлан, страстно зашептал ей, обдавая вчерашним перегаром: