— Устинов, иди сюда! Тебя позвали!

Дежурный, который снова было уткнулся в свою газету, с недовольным видом посмотрел на меня и дернул головой, будто разрешая подняться. Я оставил рюкзак на полу у стены и двинулся к лестнице.

Служивый у двери кабинета начальника еще раз проверил мой паспорт, затем зашел первым и доложил, чеканя каждое слово:

— Господин городничий, явился Степан Устинов.

— Пусть заходит, — увидев меня, городничий поднялся со своего места, двинулся навстречу с распростертыми объятиями. — Здравствуй, Степан! Какими судьбами?

Он крепко обнял меня, затем отдалился и окинул меня внимательным взглядом.

— Всего несколько дней не виделись, а будто подрос.

— Приветствую, Юрий Валентинович. Я к вам по важному делу.

— Понял, — вмиг посуровел он и указал на стулья, расположенные напротив его письменного стола. — Проходи, присаживайся.

Сам он прошел на свое место и, грузно опустившись в кресло, внимательно посмотрел на меня.

— Кайское чудовище убито. Я его убил, — спокойным голосом сказал я.

— Чего? А ну-ка поподробнее расскажи, — он наморщил лоб и внимательно посмотрел на меня.

Я рассказал все с самого начала: как перебрался на другой берег Ангары, как встретил по пути Гришу, чей отец пропал без вести, как слышал вой и как нашел пещеру. О том, что увидел внутри древнего сооружения и как происходило сражение, описал как можно подробнее.

На протяжении всего рассказа городничий ни разу не прервал меня и не задал ни один вопрос. Только когда я закончил и воцарилась гнетущая тишина, он нарушил ее еле слышно спросив:

— Все, что ты рассказал — правда?

— Истинная. Ни слова не соврал, — уверенно ответил я, глядя ему в глаза.

Юрий Валентинович откинулся на спинку кресла, сцепил пальцы и задумчиво уставился на меня. Время шло, он ничего не говорил и не делал, мне даже пришло в голову, что он не верит в мой рассказ и ждет, когда я сознаюсь во лжи.

— Как, ты говоришь, фамилия того Гришки? — наконец спросил он.

— Вроде Соломин, — задумавшись, ответил я. — Он живет в деревне неподалеку. У него мать и сестры, — ответил я, мысленно ругая себя за то, что не узнал у Гришки никаких подробностей. Сейчас же мой рассказ выглядел более чем неправдоподобно. Если городничий просто прогонит меня, то я его пойму — слишком нереалистичным был мой рассказ.

— Дежурный! — выкрикнул Юрий Валентинович.

Дверь тут же приоткрылась, и показалась голова городового, приставленного к двери.

— Вызывали, господин городничий?

— Приведи ко мне надзирателя, — велел он.

— Будет сделано, — дежурный аккуратно прикрыл дверь.