— Когда ты уезжаешь? — спросила девушка.
— Завтра утром. Как вернусь, заберу ее обратно.
— Хорошо, — Полина посмотрела на свои небольшие наручные часы с камушками. — Мне пора ехать. Договорилась встретиться с портнихой.
— Я с тобой поеду, — сказал Сергей. — Подвезешь меня до Торгового дома. Отцу подарок на именины подберу. А ты, — положил он мне руку на плечо, — как вернешься из поездки — дай знать. Продолжим обучение. Я буду безмерно горд собой, если смогу за такой короткий срок подготовить тебя к поступлению в академию. Ну и тобой, конечно, тоже буду гордиться. Но, только если поступишь, так что старайся. Не хочу, чтобы мои усилия пропали даром.
Я проводил их до двери и подошел к библиотекарю. Тот с радостью показал мне карту, но выносить ее из здания не разрешил. Внимательно изучив свой предполагаемый путь, я попрощался и вышел на улицу.
Так-с, осталось сделать еще одно дело — поговорить с этим Филиппом Онуфриевым и выяснить, кто напал на меня. Я решительно двинулся к Тимирязевской улице.
Глава 11
На стене библиотеки висела карта города с названиями улиц, поэтому я без труда нашел Тимирязевскую улицу. Она находилась в той части города, где преимущественно жили богатеи.
— Желтый дом со львами, — вспомнил я слова городового, вышагивая по улице и сквозь густую зелень деревьев и кустов рассматривая фасады домов.
Улица оказалась довольно длинной, поэтому потратил минут двадцать на поиски подходящего по описанию дома, в котором проживал Филипп Онуфриев. Знать бы еще, кто это такой?
Сначала хотел зайти в дом и вызвать на разговор этого Филиппа, но, подумав, решил действовать по-другому. Я его выслежу и поймаю за пределами дома, где ему никто не прибежит на выручку, если придется применить силу.
Купив у уличной торговки кулек семечек, занял место через дорогу от нужного дома и, прислонившись к стволу толстого тополя, начал ждать. Ко мне тут же слетелись воробьи и голуби, которых я подкармливал семечками, а сам исподтишка наблюдал за домом.
Видел, как к дому подходили различные торговцы и на звонок из дома выходил старый слуга, который грубо прогонял их, грозясь спустить собак. Потом к дому подъехала карета, из которой вышли две матроны и беспрепятственно зашли в дом. Пробыли они там до самого вечера и, когда начало смеркаться, уехали.
— Филипка, что ж ты дома сидишь? Вышел бы прогуляться, — прошептал я, ловя на себе настороженные взгляды прохожих, ведь почти полдня здесь простоял.
Он будто бы услышал мои слова. Дверь дома открылась, и на крыльцо вышел молодой мужчина с высоким цилиндром на голове и с тростью в руках.