Он домчался до меня и прямо с разбегу крепко обнял.
— Вернулся, — еще раз повторил он и счастливо улыбнулся. — А я уж и не надеялся живым тебя увидеть.
— Почему? — удивился я.
— Так весь город гудит, что сибирского знахаря Кайское чудище сожрало.
— А-а-а, ясно. Как видишь, жив и здоров. Собираюсь в городскую управу съездить. Ты со мной?
— Не-е-е, пойду обед сготовлю. Ты, небось, одной сухомяткой питался, а я тебе борща наварю. Густого, с мясом, — пообещал он и, махнув рукой, двинулся к лавке.
Я же поехал в городскую управу. Думаю, городничему будет интересно узнать, что у них под носом творилось и как его безалаберные подчиненные исполняли приказ, раз не нашли огромную пещеру.
Глава 16
Извозчик высадил меня у городской управы, взял деньги за проезд и поехал дальше. Я же перехватил поудобнее рюкзак, который не догадался отдать Семену, и двинулся к крыльцу каменного здания.
— Чего тебе? — угрюмо спросил дежурный, оторвавшись от чтения свежей газеты, от которой даже на расстоянии пахло краской.
— Мне бы с городничим встретиться.
— Ага, а с самим губернатором тебе не надо встретиться? — криво усмехнулся он.
— Нет, — сухо ответил я, вперившись в него взглядом.
— Иди отсюда. Не до тебя сейчас. Дел у всех по горло, — отмахнулся он и снова раскрыл газету.
— Что за дела? Уж не кайское ли чудище вы ищете?
— Кхе-кхе, — откашлялся он и грозно добавил. — Тебе-то что? Вали отсюда.
— Доложите Юрию Валентиновичу, что Степан Устинов хочет с ним поговорить, — я еле сдерживался, чтобы не надавать тумаков этому слабоумному городовому.
— Слышь, малец, что-то ты слишком борзый. Я ведь могу тебя в камеру посадить, пока в себя не придешь, — пригрозил он. — Давай сюда свои документы!
Я вытащил паспорт из карманчика рюкзака и протянул ему. Тот нехотя взял, раскрыл и пробежался взглядом.
— Смотри, чтобы тебя в камеру не посадили за то, что мешаешь информацию о чудище до своего руководства донести. Я ведь не лясы точить пришел, а по серьезному делу, — опершись руками о его стол, я наклонился вперед и теперь нависал над ним.
Дежурный сделал недовольную мину, с раздражением бросил паспорт на стол и крикнул мимо проходящему молодому человеку, одетому как крестьянин, но с фуражкой городового на голове:
— Афоня, передай наверх, что к господину городничему какой-то Степан Устинов явился.
Он намеренно сделал акцент на слове «какой-то» и бросил на меня пренебрежительный взгляд.
Афоня кивнул, с любопытством посмотрел на меня и побежал вверх по лестнице. Я же отошел от двери, чтобы не мешаться, и принялся ждать. Прошло не больше двух минут, как этот самый Афоня крикнул, стоя наверху:.