— Мне без помощника не справиться, ведь…
— Лечи, а то на каторге сгною! — мужчина раскраснелся, его глаза метали молнии.
Я мог бы вмешаться, но боялся сделать еще хуже, поэтому продолжил наблюдать.
— Ну ладно, если вы так хотите, — еле слышно сказал Ерофей, взял руку мужчины и нарисовал какие-то каракули. — Все, готово.
Мужчина посмотрел на свои распухшие ноги. Время шло, он не сводил с них взгляда.
— Что ж не помогает? — наконец подал он голос.
— Не каждую болезнь можно вылечить сразу. Надо подождать, — упавшим голосом пояснил Ерофей, прекрасно понимая, что, сколько бы мужчина ни ждал, болезнь не пройдет.
— Ладно, подождем. Но если не поможет…
Он не стал договаривать, но так посмотрел на Ерофея, что тот весь скукожился. В это время вернулся Семен с начищенными до блеска сапогами.
— Спасибо. За мной должок, — подмигнул я ему, забрал сапоги и зашел в приемную.
Больной с кряхтеньем натянул сапоги на распухшие ноги и, бросив на нас суровый взгляд, не сказав ни слова, вышел из дома.
— Ох, что-то будет, — выдохнул Ерофей, наблюдая из окна за тем, как мужчина взбирается в высокую, роскошную карету.
— Согласен, — кивнул я и обратился к Семену. — Ты знаешь, кто это был?
— А то, конечно, знаю.
— И кто же? — почти выкрикнул Ерофей и уставился на парня.
— Начальник всех городовых — городничий Филатов.
Мы переглянулись. Ну вот и попались. Теперь нам точно несдобровать.
Глава 6
До самого вечера атмосфера в доме была накалена. Ерофей зло ругался не только на больного, которого вылечить не смог, а ведь это был сам городничий Филатов, но и на всех нас: то Алевтине припомнит, что она у нас на иждивении, а толку от нее никакого, то стряпню Семена осудит, то щенка швырнет. Только на меня он не осмелился рявкнуть.
Весь день он то и дело подходил к окну и с опаской присматривался к каждому проезжающему мимо дома экипажу. Если честно, я тоже был напряжен. А может, городничий намеренно пришел к нам, чтобы потом стать свидетелем того, как мы незаконно лечим людей и к тому же денег с них берем. Кстати, Филатов ни копейки не заплатил и вообще про деньги разговор не заходил. И, что удивительно, Ерофей ничего ему на это не сказал. Видимо, действительно не хотел лезть на рожон, ведь помочь не смог. Да и как он мог ему помочь, ведь тот даже настойку не взял.
— Собирайтесь. Сегодня идем в театр, — сказал я Алевтине и Семену, взглянув на часы.
— Не-е-е, я не пойду, что я там не видел? — мотнул головой Семен. — Я вон лучше золу из печи вытащу и на огороды разбросаю.
— Успеешь, собирайся, — велел я и повернулся к удивленной Алевтине. — И ты не сиди. Оденься поприличнее и волосы причеши.