Как вскоре выяснилось, о письмах помощнику рассказал капитан. О тех, что были по конкретным адресам и не вызвали никаких подозрений. Ланской письма отдал. Даже — с видимым облегчением. Баба с возу — кобыле легче!

Вроде бы, все разъяснилось, однако…

Однако, Иван Павлович вновь крепко задумался. Конфликт с журналисткой Леночкой, наезд на Ланского… Не слишком ли много совпадений?

Итак… Аркадий Юрьевичи Мещеряков. Старший помощник капитана. Смазливый брюнет, пижон лет тридцати пяти, с напомаженными волосами и узким, со стрелочками-усиками — лицом, чем-то похожий на американского киноактера Дугласа Фербенкса. Всегда чисто выбрит, одет с иголочки. У такого вполне мог быть хороший костюм и даже не один! Хорошо бы проверить — не порван ли? Сходен ли по фактуре оставшийся клочок?

Хотя, Мешеряков далеко не глуп, и, наверняка, давно уже избавился от пиджака… куртки или пальто — что у него тогда было? Если это вообще был он. И — тем не менее…

Старший помощник капитана. Второй человек на судне. Для вражеского агента — идеальная должность! Куда хочешь — ходи, что хочешь, делай. Красота!

Неужели, это Мешеряков убийца, диверсант и тайный агент КОМУЧа? Он что мог бы убить?

А, верно, и мог бы! Помощник только с виду пижонистый щеголь, а на самом деле — человек жесткий, иного Буров в старпомах и не держал бы! Правда, сам капитан ничего подозрительного о своем Мещерякова не вспомнил. Добросовестный, энергичный, политически грамотный — чего еще надо? На «Амазонке» — чуть больше года, с осени 1918-го. За это время проявил себя…

Ну да… КОМУЧ, как просветила подкованная во всех поволжских вопросах Лена, как раз и закончил свое существование в сентябре 1918-го, и был преобразован просто в съезд членов Всероссийского Учредительного собрания. Многие члены были чуть позже арестованы Колчаком, а кое-кто даже вел переговоры с большевиками. Такой вот разброд и шатание. Разные там были люди, разные… И эсеровские боевики — во множестве!

А старпома надобно поверять…

* * *

Ближе к обеду Иван Павлович с разрешения капитана заглянул в дальнюю каюту, где содержался задержанный аферист Ферапонтов-Маркелов, с которым доктору давно хотелось поговорить. Точнее, задать несколько вопросов на мануфактурную тему.

— Нет, уважаемый доктор, — глянув на клочок ткани, аферист покачал головой. — Это не твид, и не шевиот. — Это — габардин! Видите, вот этот вот вполне характерный диагональный рубчик? Он, знаете ли, образуется благодаря особому способу переплетения нитей, называемому саржевым. Именно это придаёт габардину прочность, износостойкость и элегантный внешний вид. Это вот — шерстяной габардин, из стопроцентной мериносовой шерсти. Между прочим — английской, и очень даже не дешевой.