— Две важные новости, — усевшись, капитан снял фуражку. — Первая — починили колесо! На рассвете двинемся! Сейчас опасно — еще темно и туман.

— Починили-таки? — обрадовано ахнул Ланской. — Вот это здорово! Вот это да-а — новость. Ну, слава Богу, теперь и в Нижний…

— Да, завтра будем… — Степан Лукич довольно кивнул. — Так, к вечеру добредем потихоньку… Но если плотный туман — придется и переждать.

— Ничего! — усмехнулся Иван Павлович. — И дольше ждали… А какая вторая новость?

— Мещеряков, — Буров хитро прищурился и повел плечом. — Только что ко мне заходил. Ну, сразу после вахты.

— Заходил? — разом воскликнули коллеги.

— И что?

— Жаловался. Пиджак у него украли. И жилет. Все хорошее, темного габардина, — Степан Лукич рассеянно повертел в руках фуражку.

— Украли? — снова ахнул Ланской. — Вот же хитрец! Умно, ничего не скажешь.

— Сказал, замок отмычкой открыли… — капитан покачал головой. — И знаете, кого подозревает? Журналистку!

— Леночку? — удивлено дернулся доктор. — Нет, ну, право же…

Степан Лукич улыбнулся:

— У него насчет этой барышни целая теория. Говорит, никакая она не журналистка! По всем приметам похожа на известную нижегородскую воровку Ляльку Голопляс.! Та тоже рыжая.

— Лена — воровка⁈ Эта, как ее…

— Лялька Голопляс.

— Да-да — Лялька… — сидя на койке, Иван Палыч откинулся к стенке и громко захохотал. — Нет, ну придумает же!

— Говорит, ходит по всему судну, со всеми перезнакомилась, болтает… выспрашивает… — невозмутимо продолжал капитан. — Прикидывает — где у кого что плохо лежит. А потом крадет! Не сильно, по мелочи — чтоб никто не жаловался. Но, перед самым Нижним может пойти и на крупную кражу.

— Одна-ако! — выслушав, протянул Ланской. — Не знаю, что и сказать!

— Он еще ее арестовать требовал, — встав со стула, Степан Лукич надел фуражку. — Опасная, говорит, особа… Едва уговорил, что для ареста у нас никаких оснований нет. Так, видите ли, наш неуемный Аркадий Юрьевич собрался пассажиров опрашивать — у кого что пропало? Объявление, говорит, в салонах повешу — чтоб по всем кражам обращались к нему.

— Ну, флаг в руки, — махнул рукой доктор. — Посмотрим, что у него получится. Тем более — времени-то уже в обрез.

* * *

Капитан приказал дать гудок часов в десять, когда рассеялся туман. Машина прибавила мощности, гребное колесо вспенило лопастями воду, и «Амазонка», набирая ход, продолжила свой последний в эту навигацию рейс.

Обрадованный народ высыпал на палубу, не обращая внимания на холодную морось.

— А ведь идем, товарищи!

— Еще как идем!

— Починили-таки…

— Починили!

Тут же, на палубе, показалась Леночка с карандашом и блокнотом: