* * *
После обеда доктор вышел на палубу. Просто пройтись, отвлечься от всех назойливых и мрачных мыслей. На реке задул ветер, и Иван Павлович поплотнее запахнул пальто. Встал, опершись о фальшборт, и долго смотрел на качающийся в зыбкой дымке берег, на утесы, расцвеченные красно-желтыми, уже увядающими, красками осени.
Вспомнились друзья, коллеги по наркомату, супруга… Ах, Аннушка, Аннушка… Скоро уже должна родить. Вот-вот… И тогда…
Вдруг послышались чьи-то голоса. Иван Павлович повернул голову и к удивлению своему увидел появившуюся на палубе парочку — Леночку в компании с чернявым. похожим на цыгана, парнем. Из тех, драчунов… Коноплев… Как его… Федор. Да — Федор, Федька. Едет в Сормово, на заработки. Как сказал Якименко — профессии никакой толком нет, а строит из себя рабочую косточку! К Леночке неравнодушен… за что с Трегубовичем и подрался. Но, Лена ведь его отшила, выражаясь словами все того же Якименко…
Однако вот, нынче они беседовали вполне мирно, журналистка даже смеялась. Видать, Коноплев рассказывал что-то забавное.
Завидев доктора, Леночка помахала рукой, Коноплев же сухо кивнул… еще бы… И увлек девушку на корму судна… подальше от Ивана Павловича, что ли? Ну да, все равно, кое-что можно было расслышать. Впрочем, доктор особо-то и не прислушивался — журналисточку можно было бы расспросить и потом.
— Да, да, Лена, клянусь, где только не был! И в Ревель, и в Ригу хаживал… в Гельсингфорс, и в Стокгольм даже… — явно хорохорясь, напропалую хвастал Федька. — Давно, до войны еще. Нет, не матросом — юнгой. Да и матросом бы стал, может даже — старшим! А тут, сама понимаешь — война. Забрали на тральщик… А потом списали на берег, на охрану складов бросили. Так, с капитаном характерами не сошлись, сама понимаешь!
Ого! — отметил для себя Иван Павлович. — Они уже на «ты». Или не уже, а давненько… Если что, можно просто поинтересоваться у Лены.
— Я с большевиками завсегда… А капитан — монархист ярый! Так что, знаешь, мне с ним не по пути.
— Понимаю…
— Потом революция, немцы… мир в Брест-Литовске… Так и закрутило! В Ярославль забросило, в Рыбинск, в Спасск… Да по всей Волге!
— Отчего ж ты матросом-то не устроился? — вполне резонно поинтересовалась Леночка. — Ведь специальность, получается, у тебя есть! А матросы первой статьи не так и мало получают.
— Да это… Не сложилось просто. Рука правая повреждена и вообще… — Коноплев отвечал уклончиво и быстренько перевел разговор на другую тему. — Так вот, я чего хотел-то… Могу для тебя отрез мануфактуры достать! Как раз на платье. И не какой-нибудь там ситец… Крепдешин!