* * *
— Товарищи, ситуация на фронте катастрофичная! — Гладилин начал совещание с такой вот грустной ноты. Правда, особой паники в его словах не было, Сергей Сергеевич говорил четко и спокойно, просто констатируя факты.
— Немцы прут, под угрозой революционная Финляндия… и Петроград! Хотя слухи… Опять же, слухи! Что рассматривается вопрос о временном переезде правительства в Москву.
По рядом прошелестел шепоток.
— Я слыхал — при царе еще собирались!
— Это что же, Москва обратно столицей будет.
— Злой, мещанский, городишко!
— Да уж, товарищи, — Москва — не Питер, интернациональных традиций нет, — повысил голос председатель уисполкома. — Согласен с вами — болото! Глухое мещанско-купеческое болото! Однако, вспомните Красную Пресню? Да и Моссовет не сидит, сложа руки. Думаю, товарища Семашко многие помнят.
Иван Палыч молча удивлялся. Вообще-то, переезд Совнаркома в Москву означал перенос столицы. Временно или постоянно, это другой вопрос, но, в любом случае, дело это было секретное… Вот и Гладилин предупредил:
— Прошу об этом не болтать, товарищи! Достоверной информации нет. Однако, следуя логике…
Достоверной информации нет… Ну, так и понятно — секрет, государственная тайна! Однако, как говорил «папаша Мюллер» — «что знают двое, знает и свинья». А уж учитывая рассказы того же Бурлакова о Совнаркоме… где кого только не набрано… Вряд ли там хоть какая-то секретность возможна в принципе. Хотя, ведь ВЧК создано — Феликс Эдмундович бдит.
— Все это правильно, наверное, — шепнул доктору сидевший слева Гробовский. — Слишком уж близок Петроград от границы, от моря. Немцы ведь могут — одним броском! Там и Краснов, и Юденич. А уж Николай Николаевич — боевой, талантливый генерал! Один Эрзерум чего стоит!
— Да уж, — согласно покивал Субботин, — И Антанта нам теперь не помощник. Предателями считают. Ну, как же — попытались заключить сепаратный мир. На Красную армию теперь вся надежда! Да ничего, сладим. Выдюжим! Талантливых генералов и у нас полно. Тот же Бонч-Бруевич, Брусилов… Вот только добровольности в армии не надо! Знаем, проходили — приказ номер один. Строжайшая дисциплина и… хорошо бы мобилизацию объявить.
— Точно так и товарищ Троцкий считает! — Красников обернулся с первого ряда и, смерив чекистов любопытным взглядом, негромко спросил. — Говорят, вы на Яблоневке пошумели? А чего без нас? Главаря-то, я так понимаю, не взяли? Так надо вместе!
— Вместе-то вместе, — отрывисто кивнул Алексей Николаич. — Но ты, Витя, сначала крысу свою найди! Вот тогда и разговор будет.
— Товарищи, товарищи, прошу тишины! — Сергей Сергеевич, сидевший в президиуме, за накрытым кумачовой скатертью столом, постучал стаканом по графину. — Следующий вопрос — развитие тыла. Ну, с этим у нас дела обстоят, откровенно говоря, неплохо… Предприятия работают! Пусть, не все, и не в полную силу, но… Пока есть, на чем… а дальше думать будем. Ну, а с диверсией на Металлическом заводе разбираются соответствующие органы! Так, Алексей Николаевичи?