Орлов задумался, глядя сквозь меня, будто мысленным взором пытаясь попасть на улицы далёкого Парижа. Затем он взглянул мне в глаза.

— Могу ли я спросить у Вашего высочества: а вас что интересует в далёкой Франции?

— Люди. Исключительно люди! Да и то не всё, лишь некоторые, имена которых будут названы Вам чуть позже. А пока, попробуйте подготовить полезные знакомства и контакты, дабы в нужное время всё уже было готово. Уверен, такой талантливый человек, как вы, сможет подтвердить свою репутацию!

* * *

Как обычно, зимние месяцы в Зимнем дворце стали апофеозом развлечений. Тезоименитство императрицы, моё день рождения, бал Андреевских кавалеров, новогодние праздники, фейерверки и маскарады,

В этот раз, однако же, всё пошло не по плану — случилась неприятность. Утром, встав, как всегда, в 6 утра, я обратил внимание на зудящие следы укусов на груди и спине. Когда в столовой показался Курносов, я не мог не рассмеяться: его лицо, как сыпью, сплошь было покрыто укусами! Протасов и Сакен вполголоса обсуждали произошедшее, и тут прозвучало страшное слово «клопы».

— Откуда сия напасть? — в изумлении пристал я к своему «кавалеру».

— Увы, ваше высочество, такое иной раз случается, особливо зимою. Прислуга приносит в одежде или париках, а там и разносится по всем покоям!

Дело дошло до императрицы, и та повелела «травить и морозить». На это время надобно было покинуть дворец: турецкие и персидские порошки, применявшиеся против этой дряни, для здоровья людей тоже отнюдь не полезны.

Какое-то время, видимо, царица размышляла; затем в нашей приёмной появился гофкурьер, возвестивший:

— Ея императорское величество повелели ехать всем в Ораниенбаум!

— Урррааа!!! Наконец-то! — заорал Костенька, как сумасшедший.

В Ораниенбауме мне бывать еще не доводилось. В прошлый год мы не попали туда, доехав лишь до Петергофа; виной тому было позднее возвращение императрицы из поездки в Тавриду. В это лето поездка была сорвана начавшейся войною со шведами: ведь именно в Ораниенбауме шведский король Густав III собирался высадить десант для похода на Петербург. А теперь, когда Балтику сковал лёд, можно было не опасаться такого рода неожиданностей.

Энтузиазм моего братца по поводу поездки объяснялся просто.

— Катальная горка, катальная горка! — выкрикивал он, подпрыгивая на одном месте, изображая при этом из себя то зайца, то гуся.

Да, именно в Ораниенбауме находилась эта простая, но очень весёлая и притягательная забава, про которую Костик мне уже прожужжал все уши. Правда, была ещё горка в Царском Селе, большая и просторная, но ею уже не пользовались: построенная ещё при Елизавете, она уже обветшала. Зато Ораниенбаумская горка, выстроенная в первые годы нынешнего царствования, вполне ещё была пригодна для катаний.