Сборы заняли пару дней. В Ораниенбаум сначала уехал обоз с прислугою и разными вещами, а уж по их следам отправилися и мы.

Костик очень хотел ехать в санях, но сильный ледяной ветер с Балтики грозил отморозить нам носы и уши. Разумеется, никто не мог этакого допустить, и нас загнали в бабушкину карету.

Дорога прихотливо петляла, то ныряла в заснеженный лес, то вилась вдоль самой кромки Финского залива. На белоснежных просторах залива тут и там возвышались мачты вмерзших в лёд судов, рыбачьих шхун и барж. Некоторые были покинуты, над другими курился дымок, разгоняемый вместе с позёмкою злым декабрьским ветром.

Семья великих князей степенно ползла следом за нами; на остановках дети то и дело перебегали из кареты Екатерины к Павлу и Марии Федоровне и обратно, что вызывало всегда массу волнений.

Наконец, проехав Петергоф с его заснеженными фонтанами и садами, прибыли мы в Ораниенбаум. Все поселились в Китайском дворце, небольшом, но очень уютном. Возвышавшийся поодаль небольшой дворец Петра III никто не посещал и не жил в нём.

На мой вкус, этот «Китайский» дворец не нёс в себе ничего китайского. Возможно, в осьмнадцатом веке люди воображали, что, обив стены голубым шёлком, нанеся кое-где на паркет стилизованные иероглифы и разместив в интерьере пару китайских бумажных фонариков и фарфоровых ваз, можно придать резиденции флёр Востока. На самом деле, здание было совершенно европейское, в пастельно-кукольном стиле «рококо». Думаю, в этих интерьерах вполне можно было снимать фильм про Барби — такое всё было миленькое, голубенькое, розовенькое, салатовенькое и золочёненькое. В общем, совершенно, вроде бы, не мой стиль и никакому нормальному мужчине это понравится по определению не может. Но, странное дело, мне тут нравилось.

Долго думав об этом феномене, я решил, что всё дело в компактности этого здания. Дворец тут сравнительно небольшой, потолки совсем не шесть метров, как в Зимнем, комнаты не такие гигантские и холодные… В общем, тут было уютно — здание действительно напоминало человеческое жильё. В Зимнем же не покидало ощущение, что находишься в музее.

Казалось, императрица и семейство великих князей на время решили забыть свою вражду. Павел вовсю играл с нами в жмурки, заливаясь смехом; девочки и Костик визжали от восторга. Маман преподнесла бабушке собственноручно выточенную камею с двойным профилем — моим и Константина. Оказывается, кроме шитья она увлекается камнерезным делом! Императрица, конечно, рассыпалась в похвалах и тут же отдарилась красивым камнем, выразив пожелание, чтобы на нём тоже что-нибудь вырезали. Их фрейлины болтали между собою и играли в карты. В общем, практически семейная идиллия.