— Всех порешу, рванина сраная! Всех, ******, *****!!! — диким голосом заорал он, размахивая своим тесаком.

Изумлённые отпором, разбойники повернули лодки. Одна, почти затопленная, долго качалась рядом с баржей, плывя по течению. Босяки из неё скрылись, убравшись до берега вплавь; лишь один белобрысый парень, дрожа от холода, продолжал цепляться за её борт.

— Эй, паря, плыви, что ли, к нам! — крикнул кто-то из бурлаков.

— Можно, ваше благородие? — спросил у Ярцева «шишка» — глава бурлацкой ватаги.

— Да пусть его! — равнодушно откликнулся тот. Офицера ещё колотило от ярости недавнего боя, но гнев уже ушёл, сменившись пьянящим чувством одержанной победы. Пусть невелик сегодняшний успех — отогнать выстрелами шайку бандитов, но тем и живет благородный человек; хоть будет теперь, что рассказать сыновьям, учащимся ныне в Горном училище.

— Давай сюда, паря, замёрзнешь! Вон, господин офицер разрешает! — подступились бурлаки к сидящему в воде бандиту.

— Я плавать не могу! — трясясь и плача самым жалким образом, отвечал тот.

— Куда же ты, дурачок, тогда суёшься? Бросьте ему линёк, ребята! — сжалился приказчик Порфирий Семёнович.

В конце концов, совместными усилиями закоченевшего разбойника притащили на палубу.

Бурлаки обступили парня, разговаривая с полным сочувствием.

— Уж ты, дружок, своим передай, чтобы на сарынь не серчали: нас господин охфицер заставил!

— Свяжите его, что ли… Городовому бы его сдать! — мрачно буркнул Ярцев.

— Никак неможно, господин хороший! — взмолились тут бурлаки. —

Приказчик вздохнул.

— Господин Ярцев, надо быэтого отпустить. Работники знают, что когда будут возвращаться домой по берегам Волги и Камы, разбойники им отомстят и убьют за сопротивление. Потому, как разбойники, кричат им «Сарынь, на кичку», так те идут на нос барки и сидят там смирно, пока нас тут грабют.

— А что же они полезли-то? Неужто хотели украсть ваш чугун? — удивился один из студентов, Смирнов.

— Да вон, из-за этой вот будки — кивнул приказчик на возвышавшуюся над палубой надстройку с каютами. По этому признаку поняли они, что наша коломенка главная, вот и напали; знают, что казну везём. Хоть и есть у меня шесть человек «косных» вооруженных для охранения от этих разбойников, а все одно, бывает по-разному.

— И часто такое случается?

— Оченно часто! На Каме ещё не так, а вот на Волге — уххх! Есть там у разбойников начальник, зовут его Иван Фадеич. Говорят, из дьячков, отданный в рекруты беглый солдат. Обирает всех богатых проезжих, а особливо — купцов! Как узнает, что какой-нибудь богатый купец едет с большими деньгами, подстерегает в удобном месте и, остановив, требует выдачи всех денег, из которых, однакож, всегда выделяет проезжему на дорогу и отпускает его, не делая никакого зла!