— Господин Корзинченкоф говорит, что в их стране положено палить из пушек, когда поднимается тост за столь высоких особ, да ещё и женскаго полу!
Португальцы не могли не принять такой вызов!
— Один момент! — вскричал Гомеш, и немедленно приказал зарядить обе ещё пригодные к стрельбе четырехфунтовки.
БУУМ! — разнеслось вдруг над просторами мирной реки, и упругий клуб порохового дыма медленно развеялся над ее черными водами.
Начались обычные в таких случаях разговоры: насмешки над туземцами, байки и похвальба, рассказы о южных морях и отдалённой северной стране.
И, наконец, в речах чужеземцев начали возникать два слова: «гевея» и «латекс».
Что такое «гевея», капитан Де Соуза, конечно же, знал. Обычное, ничем не примечательное растение, одно из многих в сельве. Индейцы пропитывают её соком борта каноэ, чтобы они меньше протекали; вот и всё её применение. И зачем им это?
В общем, как выяснилось, русские хотят закупать этот самый латекс. Обещают раз в год присылать корабль для погрузки товара. Им нужен человек, который организует добычу латекса в сельве и доставку в ближайший порт на океанском побережье. Также нужны семена и саженцы гевеи.
Капитан ничего не имел против хорошей торговли. Правда, дело обещало быть хлопотным и не особенно прибыльным, но все равно много лучше, чем просто скромное жалование капитана португальской армии.
Путешественник Паллас, как оказалось, очень хотел попасть в сельву, ознакомиться с её растительностью и прочими примечательными диковинами. Де Соуза лишь внутренне усмехнулся: все знают, что учёные — люди не от мира сего. Что там рассматривать, в сельве? Ну, мартышки, ну, тапиры, ну, ягуары… Обыденность и скука! Впрочем, отчего бы и не отправить любопытных посланников далёкой северной страны.
Дон Базилиу тоже выразил желание побывать в сельве.
— Много ли этих «гевеев» растет в чащобах ваших? Нам бы всё посмотреть, проверить, посчитать!
— Извольте, сельва сейчас вполне проходима. Сезон дождей пока не наступил, как обычно, во второй половине года у нас довольно-таки сухо — пояснил Де Соуза, мысленно пожав плечами.
В посёлке нашли пару индейцев, хорошо понимавших по-португальски. Взяв с собою солонины, галет, запас воды, мичман Василий Фёдорович Корзинщиков, путешественник Пётр Симон Паллас и их переводчик Жоан в сопровождении носильщиков и проводников углубились в чащу леса.
Сельва начиналась прямо у границ посёлка. Никаких полей, не считая небольших огородов с маниокой, вокруг поселения не было. Гарнизон снабжался с побережья, а жители кормились в основном тем, что давала река.