— Моя, — признал я.
— Во-о-от! — Дикушкин бесцеремонно ткнул в меня пальцем. — Даже я до такого не додумался! А уж я-то артефакторику освоил, когда вас и на свете ещё не было! А никакому немцу и в голову не придет, что наполнять артефакт могут вместе одарённые разного уровня! Вы же артефакторике у Хюбнера учились?
Я как раз жевал кусок пряника, так что молча кивнул.
— У меня бы этот ваш Хюбнер выше мастера на участке и не поднялся! — заносчиво объявил Дикушкин и уже более спокойно продолжил: — Там у них один Левенгаупт гений, да и тот в артефакторике, между нами, не силён. Но умён, чёрт нерусский, не отнимешь… Вы-то, надеюсь, на его лекции ходили?
— И на лекции ходил, и лично с ним занимался, и все мои дипломы он сам подписывал, — похвастал я.
— Ого! — Дикушкин явно удивился. — То-то я и смотрю, что в столь юных летах вы уже горазды такое придумывать! Что же, тем интереснее будет с вами работать…
Глава 19 Время страшных историй
— Ну, рассказывай, — устроившись поудобнее, предложил я.
— А что рассказывать-то? — не очень уверенно поинтересовалась Лида.
— Да всё рассказывай, — я махнул рукой. — Я тебя уж почти шесть лет не видел и ничего о тебе не слышал. Как ты эти годы прожила, как тут оказалась…
Я уже говорил, кажется, что меня перевели в отдельную палату, чтобы я мог продолжить свои опыты по инкантированию штуцеров? Ну вот, перевели, да. А сегодня с утра у меня появилась Лида и приятно удивила известием, что теперь будет моей сиделкой.
— Большим человеком стали, Алексей Филиппович, — с улыбкой заметила она. — Прямо аж старшую сестру к вам определили.
— Ну так к большому-то человеку абы кого не пошлют? — вернул я ей шутку. — Так что и ты, смотрю, не просто так. Хотя… Из старших сестёр обратно в сиделки, получается?
— Жалованье мне всё равно оставили как у старшей, — Лида беззаботно махнула рукой. Да уж, даже не знаю, что должно такого случиться, чтобы вывести её из привычного состояния жизнерадостной деловитости. — А вместо меня исполнять должность старшей сестры Дашу Родичеву поставили, её в Васильев госпиталь хотят с повышением переводить, так что пусть пока поучится.
Потом пришел Дикушкин и до обеда мы с ним провозились с составлением окончательного варианта документации для превращения штуцеров в боевые артефакты. Первые несколько раз нам с ним предстояло руководить инкантацией штуцеров вместе, а затем заниматься этим делом Ивану Матвеевичу придётся без меня, хотя я и попросил его в случае каких-либо затруднений обращаться ко мне в любое время, либо сюда, в госпиталь, либо на квартиру, адрес которой я ему тоже сообщил. Конечно, моё участие было бы уместнее, потому как я не только в артефакторике что-то понимаю, но и в том, как вот именно данными конкретными артефактами пользоваться, но… Пару раз я уже подмечал озабоченность, с которой штаб-лекарь Труханов меня осматривал, и моего быстрого возвращения в строй такая озабоченность явно не предвещала.