— Framåt, era jävlar! [3] Slå, klippa och hugga de stinkande ryska björnarna! [4] Hacka dem från huvudet till naveln, knulla! [5] — вроде бы шведский язык родня немецкому, но из выкриков, кое-как различимых среди буквально звериного рёва атакующих, я не понимал ничего. А потом стало просто не до попыток что-то разобрать и тем более понимать. Шашка чуть ли не сама собой легла в руку, и я кинулся укреплять боевой дух ополченцев личным участием в мясорубке — ничего другого мне уже не оставалось…
[1] Дерьмо! Чёрт! Воронье дерьмо! (шведск.)
[2] Длинная верхняя одежда без застёжек, армяк запахивали и туго подпоясывали. Обычно армяки шили из грубого толстого сукна и носили как зимнюю одежду
[3] Вперёд, сукины дети! (шведск.)
[4] Бей, режь и круши вонючих русских медведей! (шведск.)
[5] Вали их нахрен от макушки до пупка! (шведск.)
Глава 16 После битвы
— В строю шестнадцать человек, в том числе двое легкораненых, отказавшихся от отправки в лазарет. Убито девятеро, ранено и отправлено в лазарет четверо, — доложил я капитану Паличу о состоянии своего подразделения, всё ещё официально именовавшегося полуротой.
Да, отразить вторую атаку у нас пусть и с трудом, но вышло. Схватка с дорвавшимися до штыков вражескими пехотинцами оказалась ожесточённой — и шведы разъярились не на шутку, и мы сумели озвереть раньше, чем могли бы дрогнуть и побежать, но долгой она не получилась — шведская ярость захлебнулась своей и нашей кровью, и шаг за шагом железные парни в синих мундирах начали сдавать назад, хоть и продолжали злобно и умело сражаться. Что именно переломило эту безумную мясорубку в нашу пользу, не знаю, видимо, полковник Ломакин смог придержать в резерве хотя бы роту, которую и бросил в бой, дождавшись критического момента, когда всё повисло, что называется, на волоске.
— Stanna, era skittriga flickor! Ta inte ett steg tillbaka! [1] — орали шведские офицеры и сержанты, пытаясь, как я понимаю, удержать своих солдат. Нет, ребята, ваша удача на сегодня закончилась! Дрогнув, шведы ещё подались назад и… Тут так и хочется сказать, что побежали, но это не про них. Резко навалившись, шведы оттеснили нас назад и тут же отступили сами — да, бегом, но организованно и снова развернулись лицом к нам, оторвавшись на пару десятков шагов. Отступали они перекатами — одна шеренга стояла на месте, ощетинившись штыками, вторая под таким прикрытием скорым шагом отходила назад, затем шеренги менялись. Продолжать рукопашку с таким противником мы желанием не горели и продвигались вперёд, держать на некотором удалении от шведов. Я, конечно, приказал стрелять в офицеров и сержантов, но особого успеха нам это не принесло — шведы показали себя солдатами умелыми, опытными и дисциплинированными, а потому даже гибель командиров не обратила их в бегство. Нет, ну их нахрен, таких врагов! Что-то в здешнем мире наши припозднились с доведением Швеции до нейтралитета, надо бы поднажать и это досадное упущение на сей раз исправить…