— Вот вам, Алексей Филиппович, и история успеха, — в предвкушении охоты потирал руки Лахвостев. — Тут, боюсь, не одного только Бразовского допросить под заклятием придется! Только сначала надо будет ревизию на складах провести на предмет проверки качества провианта.

— Так вроде Иван Данилович говорил, что уже проверяли? — вспомнил я пояснения майора Степанова.

— Вот заодно и посмотрим, кто, что и как там проверял, — настроение моего командира не предвещало этим проверяльщикам ничего хорошего. — Воровством дело пахнет, Алексей Филиппович, воровством! И не пахнет даже, а прямо-таки разит!

Спорить тут было решительно не с чем, я и не стал. Вместо попыток оспорить очевидное я выразил надежду, что и по убийству Маркидонова дело наконец сдвинется с мёртвой точки.

— Вы совершенно правы, Алексей Филиппович, — согласился майор. — Сколько я уже видел таких случаев! Воровали вместе, потом что-то не поделили — и всё, увозите мёртвое тело!

Была, честно скажу, у меня мыслишка подпортить Лахвостеву настроение, всё-таки дождь, под который я попал, укреплению доброго и благожелательного отношения к окружающему меня миру не способствовал, а вот наоборот — сколько угодно. Можно было бы напомнить майору, что сам Бразовский против допроса под заклятием не возражал. А тогда-то речь шла как раз об убийстве Маркидонова, а никак не о воровстве. Значит, уверен был капитан, что допрос этот выдержит, а из этого следует, что купца Бразовский не убивал. Но подумал и говорить майору ничего не стал. Зачем своему начальнику такой позитивный настрой портить? Сам успеет разочароваться, без моего участия.

Дальше Семён Андреевич переключился на дела военно-политические. Я-то, замотавшись, то ли два, то ли три последних дня чтение газет по утрам как-то пропускал, вот господин майор и взялся восполнять столь досадный пробел в моих знаниях. Рассказав, что посланник шведского короля из Москвы отбыл, но никаких официальных сообщений об итогах переговоров не последовало, Лахвостев сделал вывод, что война пока что откладывается. По мнению майора, царь выдвинул некое встречное предложение, шведами заранее не предусмотренное, и барон поспешил передать его своему королю.

— Войны со шведами, конечно, не избежать, — подытожил Лахвостев, — но до весны она уже точно не начнётся. Поэтому еще раз повторю, Алексей Филиппович: к весне мы с вами должны дело закончить.

Я, разумеется, пообещал приложить все усилия и что там ещё в таких случаях говорить положено. Тем более сам я никак не возражал против отбытия из Усть-Невского к весне. Но, Господи, сколько же всего придётся для этого переделать!..