И здесь важно понимать один нюанс — хотя формально Хрущев был подчиненным Завенягина, реальные отношениях укома и партийных организаций города были не отношениями начальника и подчиненных, а скорее — сеньора и самовольных вассалов.
Объединившись, «вассалы» могли без проблем низложить «сеньора», что и произошло с преемником Завенягина Константином Моисеенко.
Вот как об этом рассказывает сам Хрущев в мемуарах:
Секретарем уездного комитета партии у нас был Завенягин. Когда я кончал рабфак, то секретарем окружкома (тогда от уездов перешли к округам) стал уже Моисеенко.… В апреле 1925 г. открылась XIV партийная конференция. Меня избрали на нее от Юзовской парторганизации. Во главе ее стоял Моисеенко («Костян», как мы его называли), о котором я уже упоминал. Это был студент, не окончивший медицинского института, прекрасный оратор и хороший организатор. Его отличал сильный мелкобуржуазный налет, а его связи и окружение были чуть ли не нэпманскими. Поэтому мы его выставили потом из секретарей.
Н. Хрущев. 1920-е.
Кстати, поведение «донецких», предводительствуемых «Костяном», на партконференции в Москве Хрущев описывает тоже довольно откровенно:
А жили мы тогда в Каретном ряду, в Доме Советов (так, что ли, он назывался). Жили довольно просто, нары там были, и мы, как говорится, впокат на них спали. Я помню, что тогда Постышев, кажется, секретарь Харьковской парторганизации, приехал с женой и тоже так, в ряду, спал вместе с нами, и там же, рядом, спала его жена. Это вызывало шутки в отношении Постышева. Мы тогда были все молоды.
Никита Хрущев с женой Ниной Кухарчук, 1924 г.
Хрущев вообще на удивление откровенно рассказывает в воспоминаниях об этой своей «пацанской» натуре. Вот как уже на закате жизни он вспоминал о поездке в своих мемуарах:
Это для меня было большой радостью. Главное — возможность побывать в Москве, посмотреть столицу, побывать на всесоюзной конференции, послушать и увидеть вождей. Украинской организации на конференции было отведено центральное место в зале. Слева от нас сидела Московская делегация, а справа — Ленинградская. Мы занимали центр зала, а в этом центре у Юзовской делегации были первые места. Вообще пролетарской Донбасской организации принадлежало боевое положение в партийной организации Украины.
…
Я рано вставал и пешком шел в Кремль, чтобы прийти раньше других делегатов и занять выгодное место. Каждая делегация имела отведенные ей места, а уж внутри делегации каждый делегат занимал то место, которое было свободно. Вот мы и хотели сохранить за собой первые места перед трибуной. Поэтому надо было вставать пораньше и бежать туда без завтрака. Однажды я вышел и сел на трамвай, не зная маршрутных номеров, а трамвай, оказывается, не туда шел, куда мне нужно, и он меня завез неизвестно куда. Тогда я отказался от услуг транспорта и стал ходить пешком. Приходилось рано вставать и бежать, но зато я приметил путь, как добраться безошибочно в Кремль с тем, чтобы занять в зале место поближе.