— Вася родила? — спрашиваю я первое, о чем думаю. И пытаюсь лихорадочно подсчитать, на какой срок меня выбило из реальности в этот раз. Вроде, не должна была еще…
— Да, — кивает Демид Игнатьевич, и улыбается. А я зависаю на этой улыбке, вообще не характерной для уже сложившегося в моей голове образа сурового жесткого викинга, и невероятно красящей сидящего передо мной мужчину.
Он мгновенно становится моложе лет на пятнадцать, и что-то такое бесшабашное, мальчишеское даже в его чертах мелькает. И теперь я понимаю, чей он отец. Кого из парней.
Вася не особенно делилась со мной биографиями своих мужчин, но Демид Игнатьевич очень похож на Игната, веселого улыбчивого Лиса, как зовет его Вася.
Только… Демид Игнатьевич круче.
Глава 4. Он круче
— Утром наберет ей сама, — Демид Игнатьевич заканчивает разговор с сыном, отключается и поворачивается ко мне.
Щурится, и я поспешно отвожу взгляд, палясь, словно глупая малолетка. Потому что все то время, что он общался с Лисом, я смотрела на широкую спину, обтянутую темной рубашкой.
И… Ой, ну чего скрывать? И не только на спину я смотрела!
Просто в комнате полумрак, а огни Москвы в панорамном окне так невероятно высвечивают высокую, крепкую фигуру отца Лиса, что невозможно не смотреть. Это же, практически, картина в рамке!
Графичная, с четко очерченными линиями, словно тушью нарисованная.
Как не изучать?
И я изучала, каюсь.
И голос его, хрипловатый, властный такой, слушала. И вспоминала, как услышала его сегодня вечером впервые. И подумала, что убийце такой голос просто противопоказан.
Боже… Вот я дурочка…
Но тут сказался стресс, конечно.
Конюховский позвонил, урода кусок, напугал. И тот маньяк, что преследует уже года три точно, прислал на мой адрес посылку. На мой реальный адрес.
Моя весенняя депрессия, таблетки кончились, мир стал серым.
Короче говоря, совпало все. Бывает.
Но теперь мне, конечно же, гораздо лучше.
Опять Вася выручила. Ангел-хранитель мой.
Моя золотая девочка.
Надо же, только ведь родила, а все равно обо мне вспомнила, забеспокоилась, прислала свекра посмотреть, проверить.
Ну вот чем я ей смогу отплатить за добро?
И ему? Демиду Игнатьевичу?
Он ведь мог отнестись по-другому.
Мог просто вызывать скорую, например, потому что я явно не в себе была.
А мог и оставить в том состоянии, в котором нашел. Ну, а чего? Живая, и ладно…
Он, насколько я помню из рассказов Васи, крайне занятой и крайне богатый человек. И тратить свое время на меня… Ну, это расточительство.
А он не только потратил, он меня еще и на руках принес сюда, в свою квартиру. Вызвал врача, я так понимаю, вообще не дешевого. Среди ночи вызвал. Могу себе только представить, сколько это стоит. Понятно, что для него — копейки, но я-то как расплачиваться буду?