Я не останавливался ни на секунду, шагая быстрым шагом и рассматривая всё, что попадалось на пути — вывески, ставни. Лишь бы не думать о плохом.

В лавке «Корень и кость» хозяйкой оказалась дородная женщина с лёгкой проседью в волосах. Они внимательно выслушала меня, не перебивая, а затем медленно покачала головой.

— Милый, скажу честно. То, что тебе нужно… Почти невозможно купить обычному человеку. Ведь все по-настоящему сильные ингредиенты для усиления магических каналов находятся на нижних слоях Леса, и ради них обычно нанимают отряды добытчиков. Конечно, иногда такие ингредиенты находят случайно и приносят в лавку на продажу… Если хочешь — могу записать тебя в очередь. Будешь сорок третьим.

— Сорок третьим, — тихо повторил я.

— Вот только в последнее время из Леса возвращаются всё меньше добытчиков, — она вздохнула. — Уж по какой причине, не знаю.

Я-то как раз прекрасно знаю, что там творится чертовщина.

Попрощавшись, покинул лавку и направился в «Лесную кладовую», которая располагалась почти у границы Центрального района. На одном из перекрёстков мне попался певец с трёхголосой пичугой на плече. Маленькая птица искусно подпевала ему в недостижимых для человеческого голоса тональностях.

Через несколько минут впереди показалась «Лесная кладовая», расположенная на небольшом возвышении, с тремя ступенями из белого камня. Над дверью висела кованая ветка с тремя бронзовыми листьями, а по бокам стояли двое мужчин.

— Лавка открыта только для тех, у кого есть приглашение или рекомендация, — сообщил один из них, едва я приблизился.

— Понимаю, — я остановился в трёх шагах от ступеней. — Меня зовут Эйден Моррис, я целитель Ассоциации. У меня срочное дело и достаточное количество марок, чтобы стать для вас интересным покупателем.

— Покажите.

Я оглядел улицу и, убедившись, что на меня никто не смотрел, вынул монеты.

Один из них взглянул на марки, затем на моё лицо и слегка склонил голову.

— Прошу, — сказал он, потягивая дверь на себя.

— Благодарю, — поднявшись, ответил я и переступил порог.

«Лесная кладовая» оказалась не просто лавкой, а просторным залом с высоким сводчатым потолком, выложенным светлым деревом и зелёным камнем. Наверху висели прозрачные шары, в которых медленно плавали огоньки, отбрасывая на стены мерцающие отблески.

Вдоль стен тянулись витрины из тёмного стекла, в каждой из которых находился всего один предмет на бархатной подложке. У широкого окна, в горшке с серебристой землёй, росло небольшое деревце с золотыми листьями.

Из глубины зала навстречу мне вышел мужчина в безупречном сером камзоле.