— Не знаю, как вы, а я соревновался, — продолжил я пикировку, но почти сразу сменил тон. — Впрочем, скажу честно, без прошлого нашего вылета ничего бы у нас не вышло.

— Почему вы так думаете? — Ткачев с интересом склонил голову набок.

— Чтобы забросить даже пару самолетов с грузом за линию фронта, еще недавно пришлось бы дать бой, а сейчас немцы сидят за ленточкой и стараются не привлекать лишнее внимание.

— Ждут новых аэропланов, — согласно кивнул Ткачев.

— Тем не менее, прикрытие нам понадобится, — я перешел к тому, зачем и заглянул к нашему командиру. — Мы со штабс-капитаном Котлинским предлагаем отправить по маршруту сначала обычную двойку. Божич с Гусевым зачистят небо, даже если там кто-то рискнет появиться. Заодно и внимание отвлечем: если повезет, то враг и не сразу поймет, как именно мы ему эту диверсию устроим.

— Насчет двойки вперед согласен, — Ткачев просмотрел наш план, расписанный на бумаге во всех деталях. — А вот с доставкой людей и грузов предлагаю взять не три аэроплана, а четыре.

— По весу проходим с тремя.

— В идеале…

— Что вы имеете в виду? — начал я и почти сразу все понял.

Действительно, нельзя планировать операцию исходя из того, что все сработает. Хотя бы какой-то запас на случай поломки или потери части оборудования заложить было просто необходимо.

— А еще, — добил меня Ткачев, — тройками летать мы не тренировались, так можно будет и потеряться.

— И кого тогда четвертым брать? — задумался я. — Орлову еще рано, вам, наверно, не стоит…

— Я бы слетал, однако с учетом будущей атаки целый день на это выделить никак не смогу. А вот поручик Мамаев, на мой взгляд, до второго номера на такой вылет вполне дорос.

Я задумался, хотел было возразить — вот просто из принципа, а то что тут все делают вид, будто умнее меня — но в итоге просто кивнул. Мамаев действительно уже был готов.

* * *

Искандер Камилевич Мамаев старательно делал вид, что его не потряхивает от волнения. Вчера Орлов предупредил его об участии в боевом вылете и выдал карту будущего маршрута для подготовки и проработки, а сегодня — уже в небо. Мамаев должен был лететь ведомым в паре с прапорщиком Микаелянцем, и тот постоянно болтал, словно специально мешая поручику настроиться на полет.

— Может, помолчим? — наконец, не выдержал он.

— Неа, — мгновенно отбрил его армянин.

— Голова пухнет, — Мамаев даже решил наплевать на вежливость.

— А это и хорошо, — Микаелянц даже не подумал смущаться. — Решил, будто я в первый раз вижу таких, как ты? Умники, которые все знают, все умеют, но так себя накрутят, что ручку держат словно деревянные.