Я почистила рыбу. Острый, большой и не удобный мачете явно не предназначался для чистки рыбы, но я работала быстро и уверенно и рыба сдалась. Но не обошлось без эксцессов, все равно немного порезала палец. Закончив с чисткой рыбы, я нарезала ее большими кусками и нанизав на прутики положила над углями.

Рыба шипела, дымилась, источала аппетитный запах, слюнки буквально текли у меня изо рта, а желудок сводило от голода. Организм настойчиво требовал еды. Лялькин всё это время безучастно лежал возле кромки воды, время от времени поглядывая в мою сторону. Молчал, просто лежал, с расслабленным лицом. Закончив с приготовлением, я отнесла кусок рыбы Арсению и окликнула Лялькина.

— Еда готова, — сказала я. — Ешьте, пока горячее.

Я подошла к скале и села рядом с Вороновым, протянула ему рыбу. Его лицо было бледным, почти белым, и пот стекал по его вискам, глаза блестели от лихорадки, а тело дрожало. Я дотронулась до его лба - он горел. Отломила небольшой кусок рыбы и поднесла к его губам, но он просто отвернулся, закрыл глаза и тяжело задышал.

— У тебя жар!

— Возможно, — протянул Арсений и оттолкнул мою руку. Его голос был хриплым. — Не обращай внимания. Это... это пройдёт.

— У нас остались антибиотики? — спросила я, чувствуя, как тревога сжимает моё сердце.

— Нет... — вяло промычал Арсений. — Ничего не осталось. Последнюю дозу... я вколол... давно... на поляне...

Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам.

— Но... но тебе нужна помощь! — крикнула я. — Ты болен! Ты горишь! Ты не можешь так...

Он открыл глаза и посмотрел на меня. В его тусклом, почти безжизненном взгляде, читалась решимость. Решимость которую он хотел показать, скрывая то что на самом деле происходило в его душе.

— Я... я справлюсь, — прошептал он. — Я... я должен... справиться...

Но я видела, что он лжёт. Его тело тряслось в лихорадке. Я поймала его мутный взгляд, и поняла, что он не справится. Он умрёт, если я не сделаю что-то.

Нужно было что-то делать. Я попыталась оторвать от своего плаща кусок ткани, чтобы намочить его и приложить к голове Арсения. Но ткань не поддавалась, она была слишком прочной и толстой. Я тянула, рвала, царапала, но ничего не получалось. Я встала и направилась к озеру, на ходу я распутывая пояс, думая намочить его и приложить к голове Арсения. Прохладная вода поможет сбить жар, поможет ему остыть и возможно поможет ему выжить.

И в этот момент раздался пронзительный свист. Я вздрогнула и обернулась. Сверху, с насыпи, из-за скалы спускались дикари. Их было человек десять-двенадцать — все вооружённые, все готовые к бою. Некоторые держали в руках маленькие примитивные луки. Остальные были с копьями с металлическими и зеленоватыми наконечниками.