Ослепительная вспышка, мгновенно поглотила всё пространство пусковой камеры, и белый свет озарил в зал управления, заставив всех инстинктивно зажмуриться, а все мониторы на долю секунды погасли, будто сама реальность на мгновение перестала существовать. Гул оборудования резко оборвался, сменившись абсолютной, звенящей тишиной, в которой было слышно лишь стук моего собственного сердца.
Один удар, и экраны ожили, заливая помещение мягким голубым свечением, на них одна за другой появились зелёные строки подтверждения:
«Врата открыты. Стабильность туннеля — 98.7%. Перемещение объектов и персонала завершено успешно. Обратный канал активирован в режиме ожидания».
Люди и предметы на платформе исчезли, будто их там и не было.
Я медленно откинулась в кресле. На меня обрушилось осознание, тяжёлое и необратимое: Я собственными руками отправила любимого в неизвестность, в иную реальность!
Глава 25 Арсений Воронов (дополнения от лица Воронова)
15 апреля 2030 года. Понедельник. Улан-Батор.
— Алима! — улыбнулся я. Отдернул пиджак. Золотой значок Комитета по Научному Прогрессу блеснул под люминесцентными лампами. Надо, чтобы внешний вид соответствовал легенде. Я бы отдал всё, чтобы вместо этого нелепого мундира на мне была свободная куртка, тактические штаны, а вместо этого стерильного коридора — тайга или джунгли. — Ты уже закончила? Потрясающе! Как всегда опережаешь всех… Может, прогуляемся? Обсудим твой проект? У меня есть доступ к новой лаборатории в головном филиале.
Вот я заливаю, аж самому тошно. Никогда бы не подумал, что это задание выльется в такой гемморой. Полгода. Нет, уже больше. Вот такие вот подкаты к этой бедной, ничего не понимающей девушке, и всё без толку. Я давно понял: она совсем не в восторге от меня. Старается, лишь завидев, скрыться или отвернуться с надеждой, что я не заметил. Но я замечаю всё. Какие у неё необычные глаза!
— Арсений, я не иду никуда. Ни с тобой, ни в твою лабораторию. — Её голос был ровным, без тени подобострастия. — И да, твой последний доклад по декогерентности содержал три фатальные ошибки. Прости, но мне ни с кем обсуждать физику не хочется, кроме настоящих физиков.
Конечно, содержал. Я ж не физик. Писал его не я. Я бросил физику на третьем курсе — не моё. Потом армия, школа КГБ, и вот теперь опять я в стенах своего альма-матер, только уже не в роли студента. А кого? Вот это вопрос. Аспирант, прикомандированный от Министерства Научного Прогресса для «мониторинга кадрового потенциала». Звучит! А на самом деле я тут по её душу. Завербовать. Втянуть в проект, о котором не имею права заикаться даже шёпотом. Проект, ради которого я должен стать тем, кем никогда не был.