Взглянул на защитника Алимы. Он вяло вырывался из рук товарищей, которые, кажется, только для виду его удерживали. Кровь капала с губы на белоснежную футболку. Но в его глазах — ярких, пронзительных, смотрящих прямо в душу — я увидел не злость. Ненависть. Чистую, холодную. Мне стало интересно, кто он такой. Сделал мысленную пометку: пробить.
— Ты пожалеешь, что вмешался! — крикнул я. Для проформы. Но, похоже, мой крик не произвёл на него никакого эффекта.
Я глянул на Алиму. В её взгляде читалось: убирайся и больше не подходи.
Я развернулся. И тут же налетел на робота-официанта. Металлический маленький помощник, видимо, кинулся протирать лужу шампанского под столом, куда уже накапало изрядно. Я пробормотал извинение, поправил пиджак и торопливо направился к выходу из зала.
Глава 28 Иллюзия контроля (дополнения от лица Воронова)
20 июня 2030 года. Четверг. Москва.
Я открыл глаза. Ох, лучше бы я этого не делал. Яркий, свет из настежь распахнутого окна мигом резанул по зрачкам. Я зажмурился. Голова гудела, тяжёлая и чугунная, что тот котелок, который висел на деревянном столбе у калитки в деревне у бабушки в детстве. Каждый удар пульса отдавался в висках тупым, назойливым стуком.
Я вчера потерял контроль над собой. И вот последствия. Бутылка коньяка, которую я берег с незапамятных времён, чтобы оприходовать по случаю повышения, оказалась пуста. И не одна. Рядом с кроватью, в остро пахнущей спиртом лужице, лежала вторая. По соседству валялся и мой пиджак, помятый, с тёмным пятном на лацкане.
Мысли постепенно перестали метаться и я попытался хоть немного проанализировать или хотя бы вспомнить вчерашний вечер. Дэн. Кто он? И почему он показался мне знакомым? Мог ли я видеть его раньше? Однозначно — нет. Да и не важно это теперь. Важно другое: как он смотрел на Алиму. И как она смотрела на него. Я проиграл. И теперь она окончательно потеряна для меня.
Так, старлей, отставить нюни! Соберись! Ты не школьник, ты офицер Комитета Государственной Безопасности.
Я стиснул зубы, заставил тело подняться и сел на край кровати, свесив босые ноги. Вокруг, в ярком свете, лившемся из окна, утопала моя холостяцкая квартирка. Маленькая, аскетичная. Но мне много и не надо. Да и не положено. Пока не положено.
Я встал, подошёл к столу, уселся в кресло и провёл ладонью над сенсорной панелью. кран передо мной засветился, отобразив предупреждение о исчерпанном количестве попыток подключиться к ВБК. Ага. Вчера я на пьяную голову решил пробить этого Дэна. Напряг память — голова тут же ответила острой, режущей болью. Нет, ничего не нашёл. Он явно не из комитетских. Кто же тогда?