Перед самым приземлением, за стеклом уже проступили контуры «Объекта-312», я тихо потянулась к руке Дэна сидящего рядом, и вложила ему в ладонь небольшой стальной кубик, который отец дал мне перед вступительными экзаменами в МИСИС на удачу. Дэн, раскрыв ладонь, долго смотрел на этот маленький металлический предмет с выгравированными точками на гранях, будто пытаясь разгадать в нём скрытый смысл. Он вопросительно поднял на меня взгляд.

— На удачу, — улыбнулась я ему. — Чтобы всё сошлось. Чтобы ты вернулся.

Он кивнул, медленно прижал кубик к груди, а затем аккуратно убрал его во внутренний карман куртки, прямо к сердцу.

Я сидела за главным терминалом в зале управления. Теперь зал стал значительно больше и многолюднее, чем когда я тут была прошлый раз, можно сказать, в другой жизни. Мои пальцы автоматически скользили по функциональным панелям, проводя последние корректировки. Я заставляла себя дышать ровно, очищая сознание от любых эмоций, чтобы ни одна запятая в расчетах не ускользнула от моего внимания. Я всецело понимала, что теперь от моей сосредоточенности зависят не абстрактные формулы, а три человеческие жизни.

А за толстым стеклом группа «Сталкеров» — Дэн, Инга и Иван - уверенным шагом вступали на круглую платформу запуска. Облаченные в темно-серую форменную экипировку, чем-то напоминающую облегченную военную форму, с рюкзаками за плечами, они выстраивались, на специально размеченных фосфоресцирующей краской позициях рядом с несколькими компактными герметичными ящиками. И вот сталкеры встали строго по треугольной разметке, обменялись короткими, ничего не значащими для посторонних кивками, и в этот момент по внутренней связи прозвучал спокойный голос Инги:

— Группа на позициях. Экипировка зафиксирована. Биоинтерфейсы в норме. Ждём финальную команду.

— Принято, Инга Алексеевна, — ответил Марков. — Запускаю предстартовую калибровку.

В этот момент Дэн, почувствовав мой взгляд сквозь стекло, слегка поднял руку и махнул мне. Горячие слёзы предательски подступили к глазам, размывая контуры его фигуры.

— Не переживай, — мягко, почти шёпотом произнёс Пётр Петрович Марков, стоявший рядом, и его широкая ладонь, по-отечески легла мне на плечо. — Все пройдёт удачно, Алима. Ты сделала всё безупречно. Дыши. Я знаю, каково это — отпускать туда, но твои расчёты — их страховка. Верь в них.

В зале воцарилась мёртвая тишина, прерываемая лишь нарастающим, вибрирующим гулом силовых конденсаторов и тяжёлым дыханием операторов.

12 апреля 2034 года. Среда. 12 корпус НИИ "Нейтрино". 14:02.